Третий рейх не пал жертвой внезапного удара судьбы. Точнее, такие удары поражали его через неравномерные промежутки времени – то на одном театре боевых действий, то на другом. В промежутках наступала передышка, которую Шпеер, Геббельс и прочие старались использовать для того, чтобы вновь раздуть пламя фанатичной веры. Июль 1943 г. стал кошмарным месяцем поражений на всех фронтах: в воздушной войне, в Италии и под Курском. На Восточном фронте последующие шесть месяцев сопровождались отступлением, которое казалось бесконечным. Тем не менее путем отчаянных маневров группе армий «Юг» к концу 1943 г. все еще удавалось удерживать под своим контролем жизненно важные месторождения железных и прочих руд на Украине[1976]. Благодаря этому немецкая военная экономика сохраняла надежду в течение по крайней мере еще нескольких месяцев. Даже в Италии смещение Муссолини не привело к немедленной катастрофе. Удачно используя труднодоступную местность и осторожность союзников, скромный контингент вермахта в составе 20 дивизий сумел остановить британскую 8-ю армию на подступах к Риму и задержать маломощный американский десант, высадившийся в Анцио[1977]. Между тем, по мере того как вступала в свои права осень, кошмар Гамбурга остался позади. Вместо того чтобы обрушиться всеми силами на индустриальные мишени в Западной Германии, британское командование бомбардировочной авиацией теряло летчиков и машины в бессмысленной попытке «выиграть войну» путем уничтожения Берлина[1978]. Были ночи, когда британцы действовали удачно и причиняли «большому городу» ужасные разрушения. 22 ноября 1943 г. бомбардировщики Харриса убили 3500 человек, оставили 400 тысяч без крова и нанесли удар по административному центру Германии, добившись попаданий в том числе в здания министерства Шпеера и управления вооружений[1979]. Однако на протяжении долгих месяцев благодаря постоянному совершенствованию тактики и технологии немецким ночным истребителям удавалось брать верх[1980]. К концу 1943 г. бомбардировщики так и не принесли союзникам победу в войне. Руководство нацистской Германии на несколько драгоценных недель получило передышку. Чувство беспомощности и поражения отступило на задний план. Шпеер даже попытался поднять настроение, организовав серию совещаний о послевоенной реконструкции страны[1981]. В ОКБ Альфред Йодль оптимистично рассуждал об оборонительном буфере, которым для Германии могла послужить огромная территория Советского Союза. Ни один вражеский удар в 1944 г. не мог бы привести к немедленному поражению. Наиболее уязвимым местом были нефтяные месторождения Румынии – единственный источник привозного топлива для Германии[1982].
