– У них другая квартира. Они считают, что чем раньше человек станет самостоятельным, тем лучше.
– А…
– На что я живу? На их деньги, конечно! – и Аня снова мило-премило засмеялась…
– А вы, Аня, куда-нибудь ездите? Отдыхать?
У Ани взгляд стал пустым. На несколько секунд.
– Я собиралась с подружкой поехать. Но мы так и не съездили.
– А куда? На тёплое море?
– В Сочи.
– Сейчас? Зимой?
– Да.
Было видно, что Аня пытается что-то вспомнить.
– Знаете, мне даже снился сон. Не один раз. Как мы с ней в Сочи. Такой странный…
Лёша внимательно смотрел на Аню…
– Так хотелось поехать?
– Очень хотелось. Но подруга куда-то пропала.
– Как «пропала»?
– А я и не знаю.
– Тоже модель?
– Алексей… Можно я вам скажу одну вещь… Только вы не подумайте, что я сумасшедшая какая-то…
– Да что вы, Аня!
– Я не помню каких-то вещей. За последние месяца два. И не знаю, с чем это связано.
– Каких вещей?
Лёша изображал величайшее удивление.
– Ну… Помню кастинги, дом. Мальчик тут один за мной бегает. Козёл…
– Интересно…
– Нет, совсем не интересно. Зачем он мне? У него нет ничего.
– Понятно. Да, такой вам не нужен.
– А потом какие-то провалы.
Лёша понял всё. Все пассажиры того рейса с течением времени забывали о захвате. Газ, пущенный боевиками, не был «неизвестным». Это была совершенно явная разработка, направленная не только на усыпление людей на длительное время, но и на амнезию после. Но то, что Аня не помнила Дашу, Лёшину дочь, с которой училась в одной школе и дружила годами, в это верилось с трудом.
– А у вас, Аня, много подруг?
– Да нет… Одна.
– А как зовут?
– Катя.
Лёша вздрогнул.
– Я уже спрашивал, кажется… похоже, на меня коньяк действует…
– И на меня! Так хорошо!
– Да… Эта ваша Катя – тоже модель?
– Нет. Она уже взрослая. А! У меня фото есть в телефоне.
И перед Лёшей на фото появилась его Катя.
– Интересная девушка. У вас действительно взрослая подруга. И она пропала?
– Да.
Аня долакала коньяк.
– Пойдёмте пофоткаемся, а?
– Конечно.
Алексей расплатился, и они вышли из кафе…
Верю не верю. Второй сезон
…Самолёт заходил на посадочную полосу в разваленном боевиками Дамаске… Алексей посадил летающую машину точно и мягко.
– А Даша моя так и будет спать, а, Сафар?
– Сейчас разбудим.
– Ну… Что теперь.
Мадж подошёл к Даше, достал бутылочку с какой-то жидкостью, смочил жидкостью салфетку. Приложил Даше к губам. Она открыла глаза.
– Где я?
– Даша, мы… в тёплой стране.
Даша ещё не очень понимала, что происходит.
– Папа?
Она огляделась вокруг. Посмотрела в лобовое стекло.
– Дашуль, это я.
– А я Валерий.
– А мы где вообще? Не в Москве? – Дашу мутило.
Нет, Дашенька. Мы на экскурсии в…
– Помолчи, а?
Аль Сафар быстро залез во внутренний карман, достал что-то оттуда и коснулся ноги Даши около бедра.
– Ой!
– Не пугайтесь, Дарья. Так надо.
У Даши всё поплыло перед глазами.
– Экспериментатор хренов…
– Да ладно тебе. Зато вопросов не будет лишних задавать.
«Где мы, зачем, а когда домой…»
– Меня тоже уколешь?
– На тебя не действует.
– А-а… Ну ладно… И что? Будем выносить спящих пассажиров?
– Нет. В самолёт зайдут. Снимут на видео всех. Кроме тебя, меня и твоей дочери.
– Так?..
– Потом уйдут, а мы полетим дальше.
– На Аляску? Или в Гималаи?
– В Сочи, шутник.
– С тобой?!
– Со мной.
А видео будете по телеку крутить?
– А то!
– Валера… Я же садился на этот рейс. Вы снимете всех пассажиров, все их увидят, а меня – нет. И Дашу не увидят.
– А тебя, герой, мы захватили. Потом ты вырвался, угнал ваш же самолёт, постреляешь ещё для вида…
– Да зачем, б…я, всё это? Столько трудов, чтобы просто показать миру, на что вы способны?
– Они способны, Лёша…
– Кто?!
– ИГИЛ!9 Дебил!
– А чего всех пассажиров не разбудить твоим способом – жидкостью твоей, а потом… Ну, в плен кого-нибудь взять? И обменять позже?
Алексей рисковал конкретно. Но это только ему казалось.
– Лёша… Это просто в планы не входит. Да и менять не на кого.
– То есть?
– Да «то» и есть. У русских нет тех, кто был бы мне нужен.
– Так потом будут. А деньги? Выкупы? Родственники?
– Ты утомился, Лёша. И меня утомил. Они деньги по-другому делают. Это группировки, которые под ИГИЛ10 косят, заложников продают.
– Да хрен с тобой, Валера. Что это с Дашей?
Лёшина дочь просто смотрела в окно.
– Даша?
Она обернулась. У неё были очень ясные глаза.
– Что, пап?
– Ты нас слышала сейчас?