Если незнакомец и заметил, как дрожат пальцы Эрика и Шанталь, то виду не подал.
Может, в этот момент стоило сказать правду, но Шанталь не собиралась отступать. Сначала она должна узнать, что это за подземелья и резервуар и кто этот человек с отвратительными глазами.
– Он не смог прийти, – совершенно спокойным голосом ответила она. – Возможно, подойдет позже.
– Отлично, – сказал человек в форме. А потом добавил: – Простите, если вмешиваюсь не в свое дело, но вы так взволнованы…
Шанталь кивнула головой в сторону красноглазого уродца, доедавшего свой завтрак.
– А, вы их раньше не видели? – улыбнулся военный. – Тогда все понятно. Они не всегда выходят удачно, и мы пока не выяснили почему. – Потом он обратился к Эрику: – Меня зовут Димитриу, я лейтенант Легиона. Мне поручили показать вам субъекты.
– Легион Архангела Михаила? – спросил Эрик, понемногу приходя в себя.
– Ваш французский с явным акцентом, – офицер внимательно посмотрел на Эрика. – Мне сказали, придут двое французов.
– Возникло недоразумение, – как ни в чем не бывало ответил журналист. – Мне пришлось заменить коллегу. Я англичанин.
– Хорошо, – после мгновенного замешательства Димитриу пожал плечами. – Главное, что вам доверено заключать сделки… Разумеется, Архангела Михаила, – добавил он, – а какой еще? Неужели коллега не ввел вас в курс дела? А теперь идемте, не будем терять время.
Вслед за Димитриу они снова зашагали по лабиринтам коридоров. В этой части подземелья в стенах через одинаковые промежутки были сделаны маленькие окна, за которыми бурлила жидкость молочного цвета. В ней плавали какие-то белесые фигуры. Шанталь хотела показать их Эрику, но офицер шел так быстро, что не удавалось даже замедлить шаг и присмотреться внимательнее. Да и делать это у нее не было никакого желания. Ее затрясло, сердце снова заколотилось, но она попыталась взять себя в руки.
– Нам придется обойти цистерну, – сказал Димитриу. – Это займет минут десять. Вы готовы?
– Да, – ответил Эрик, выглядевший усталым. – А мы не нарвемся там на вооруженных людей из Секуритате?
– Нет, конечно, иначе я не повел бы вас туда, – засмеялся Димитриу. – Никого из Секуритате здесь нет. Мы всех уничтожили, когда захватили Академию наук и обнаружили подземные лаборатории Елены. Теперь они наши.
– Елены? – спросил Эрик.
– Да, Елены Чаушеску. Вы что, не знали? Это она разработала систему регенерации макроклеток. Она не была такой глупой, как принято считать. Вы видели заседание суда?
– Да, – сказала Шанталь.
– Волтан, проводивший допрос, старался закончить как можно быстрее. Боялся, что всплывет история с лабораториями и Фронт национального спасения успеет их заполучить. Но я уверен, она бы ничего не рассказала. Зачем давать обвинению лишние козыри против себя? Но все прошло хорошо, Елена умерла, и лаборатории теперь в наших руках. Так что мы возродим не только макроклетки, но и Румынию, – в этих словах слышалась непоколебимая уверенность в успехе.
Эрик не сразу понял, кто такой Волтан.
– Вы имеете в виду Волтана Войволеску? – спросил он, немного подумав. – Но разве он не член Фронта?
– Все так и думают, но на самом деле это человек Ремесула, – в голосе офицера послышались нотки недоверия. – Разве вы этого не знаете? С кем же тогда вы договаривались о покупке?
Застигнутый врасплох, Эрик не нашелся что ответить. На помощь ему пришла Шанталь.
– Он почти ничего не знает. Переговоры с Волтаном вела я.
Димитриу посмотрел на нее не без уважения, однако ничего не сказал.
Дойдя до конца очередного коридора, они остановились у двери, которую охранял вооруженный автоматом Калашникова часовой. Он жестом поприветствовал офицера. Димитриу толкнул дверь и пригласил журналистов войти.
Они оказались в огромном зале, где было очень холодно. По стенам тянулись запотевшие трубы, в одной из которых, совершенно прозрачной, бурлила светлая жидкость. Грохот здесь стоял оглушительный.
В дальнем углу четверо молодых людей в голубых халатах работали за компьютерами. Они едва взглянули на вошедших и снова уткнулись в мониторы, уверенно маневрируя в хаосе цифр и графических символов.
Пятый сотрудник, с очень длинными бородой и волосами, сидел в центре зала за столом с большой неоновой лампой. Он был в штатском, но на повязке левой руки красовалась эмблема с тремя стрелами. Когда вошли лейтенант и журналисты, бородач поднял глаза от стопки бумаг, которые нервно листал.
Спросил что-то на румынском, и Димитриу пустился в объяснения. Длинноволосый слушал, то и дело кивая, а потом обратился к иностранцам на довольно правильном французском языке:
– Знаю, что похож на ученого, но это не так. Я менеджер по продажам. Вам нужны органы или целые тела?
Шанталь и Эрик ничего не ответили, решив, что румын просто неправильно выразился. Но они ошибались.
