Цирк семьи Пайло полностью

– Кто бы это ни сделал, им конец, – спокойным голосом произнес Гонко. – Полный и окончательный. Им понадобятся швабра и лейкопластырь, это я вам говорю.

– А как мы их вычислим? – спросил Рафшод. – Знаю! Мы просто заглянем в…

Джей-Джей оборвал его резким приступом кашля и многозначительным взглядом. Рафшод все понял. Уинстон внимательно на них посмотрел и задумчиво умолк.

– Куда заглянем, Раф? – всполошился Дупи. – Заглянем-то куда?

– Ну… мы… заглянем к ним в шатры, – промямлил Рафшод.

– В чьи шатры? – не унимался Дупи.

– Тех, кто это сделал.

Дупи глубоко задумался, а потом крикнул:

– Да! Да, вот это классная мысль. Давай так и сделаем, Гонко, заглянем в шатер того, кто это сделал, и увидим, кто…

– Нам всем известно кто это был, – сказал Гонко. – Они носят трико. Вчера они пожелали нам удачного представления. Джей-Джей швырялся в них грязью, да благословит господь его сердечко. И не бойтесь, воздаяние последует. А теперь слушайте все, слушайте внимательно. Пока никаких контратак. И не надо искать скрытого смысла, серьезно вам говорю. Пока что ведем себя учтиво и любезно, – Гонко обвел всех прищуренным взглядом. – Никто из нас не забудет сегодняшнего вечера. Но спешки нет. Пока что мы станем терпеть – а они нас здорово натянули, это надо признать. Но мы их тоже поимеем. Предстоит долгая кампания натягов, и провести ее мы должны как надо. Сейчас самое главное – подготовка. Неспешная и тщательная.

– Тук-тук! – раздался голос из-за двери.

– А ну, поехали, – пробормотал Гонко.

Размашисто вошел Джордж Пайло в сопровождении какого-то толстяка с такими близко посаженными глазами, что казалось, будто смотрят они из одной глазницы – похоже, так его лицо разукрасил манипулятор материей. Это, как догадался Джей-Джей по костюму и галстуку, был любимый бухгалтер Пайло, автор политики конкуренции между клоунами и акробатами. Рядом с ним Джордж смотрелся воплощением веселья и жизнерадостности.

– Гонко! – воскликнул он. – Давай начнем то, что можно было бы назвать открытым диалогом о сегодняшнем представлении. Для начала скажи-ка, как ты думаешь, оно оправдало твои ожидания?

– Если честно, то оно немного сыровато, Джордж, – невозмутимо ответил Гонко.

– Немного сыровато! – отозвался Джордж, лучезарно улыбаясь. – Вот это мне нравится. Неудивительно, что ты главный в этот труппе, ты парень смешной. Мы с Рожером сделали кое-какие расчеты, ну, можно назвать это анализом рентабельности твоего представления. Сегодня вечером, Гонко, твое выступление стоило нам жизней девяти проходимцев. Девяти свеженьких и целеньких трюкачей, затоптанных в давке. Теперь в большинстве случаев зрители освистывают представления, которые им не нравятся, так что я полагаю, что самоубийственная давка указывает на то, что «немного сыроватое» выступление не приносит никакого дохода. Чему равняются девять проходимцев в переводе на порошок, Роджер?

Бухгалтер Роджер уронил свой дипломат в яростном стремлении побыстрее достать из кармана калькулятор. Он потыкал в него пальцем и выдал ответ:

– Девяти кисетам, мистер Пайло.

– Девяти кисетам! – воскликнул Джордж, улыбаясь до ушей. – Девяти кисетам, Гонко. Роджер, сколько мы собирались заплатить клоунам за сегодняшнее представление?

Бухгалтер снова потыкал в калькулятор.

– Девять кисетов.

– Правильно! – отозвался Джордж. – А сколько будет девять минус девять?

Роджер сосчитал.

– Э-э… м-м-м… ноль, мистер Пайло.

– Именно что! Прекрасное круглое число. Что ты об этом думаешь, Гонко?

Гонко открыл было рот, чтобы ответить, и снова закрыл его, когда Джордж шлепнул на стол листок бумаги. Он равнодушно взглянул на него и спросил:

– Что это такое, Джордж?

– Уведомление о временном закрытии шоу! – прокричал Джордж.

Гонко вздохнул.

– А если бы я тебе сказал, что во время выступления совершили диверсию?

Джордж изобразил на лице раздумье и качнулся взад-вперед на каблуках.

– Если бы ты мне это сказал, я бы тебя попросил предъявить кучу свидетельств, которыми ты, вероятно, располагаешь, чтобы безоговорочно доказать твои дикие измышления.

Гонко протянул ему дымовую шашку.

– Учитывай и то, что вызывает сомнения.

Гонко отбросил дымовую шашку.

– Тут я тебе напомню, что каждый артист несет полную личную ответственность за свое выступление, включая содержание в исправности оборудования и сцены и обеспечение безопасности. Вот что бы я гипотетически сказал, если бы ты гипотетически выдвинул подобную претензию. Подобное обращение в письменном виде следует подавать управляющему, но решение вышеупомянутого управляющего будет окончательным и обязательным к исполнению. А вышеупомянутый управляющий это у нас… я, Гонко.

– Спасибо за разъяснения, Джордж.

– Не за что. Рад помочь! И спасибо тебе, что уважаешь принятую процедуру. Именно это я и сказал прорицательнице, когда у нее пропал хрустальный шар. Итак, твое шоу закрывается на неопределенное время. Однако ты не переживай, у меня есть для вас другие поручения.

– Не нравятся мне другие поручения, – простонал Дупи. – Не нравятся мне они!

– Тихо ты, Дупс, – бросил Гонко.