Цирк семьи Пайло полностью

В гостиной Джей-Джей впервые увидел Гонко после утреннего буйства. Главный клоун пребывал в отвратительном настроении. Он схватил Дупи за шкирку и принялся грозить расправой за всякие мелкие провинности. На спине рубахи Гонко красовалась огромная подпалина с прожженными дырами, сквозь которые проглядывали жуткие лиловые волдыри.

Гонко повернулся и заметил его.

– Джей-Джей! – рявкнул он. – Где ты, черт подери, шлялся целый день?

Джей-Джей испуганно поднял руки и втянул голову в плечи, как бы умоляя: «Не бейте меня». На этот раз он разыграл все вполне искренне.

– Хватит кривляться! – заорал Гонко. – До представления остался всего час. Ты станешь его смотреть, ты будешь им восхищаться и за одно многому научишься. Перестань увиливать! Или я тебе за яйца к полу приколочу. Где Рафшод?

Рафшод влетел в гостиную, решительно подошел к Гонко и сказал:

– Это я взял твои штаны, босс. Я.

Гонко посмотрел на него, состроив кислую мину.

– Ударь меня! – Рафшод упал на колени. – Пожалуйста…

Гонко отвернулся, негодующе покачивая головой. Дупи принял на себя честь исполнить наказание. Он сжал пальцы в пухлый кулак и нанес неуклюжий удар. Наверное, так выглядит хук справа в исполнении английской королевы, но этого оказалось достаточно: Рафшод упал на пол, а из носа у него хлынула кровь.

– Ой, ты уж прости меня, Раф, – заныл Дупи. – Я не хотел, честно, я просто, я…

– Слушать всем! – заорал Гонко.

Клоуны слушали. Гонко оглядел каждого из них с нескрываемым отвращением.

– Значит, так. Сегодня вечером все должно пройти просто идеально, иначе кое-кому из вас крепко достанется – от меня лично. У меня сейчас управленческий стресс. И я с великой радостью выбью из любого из вас дух пополам с дерьмом. С превеликим удовольствием. Хорошенько это вкурите, прежде чем снова облажаетесь. А теперь пошли.

Дупи подковылял к Гонко и что-то прошептал ему на ухо. Гонко кивнул и сказал:

– Да, вот что еще. Поздравляем Гоши, который скоро женится. И не дай женитьбе себя испортить, Гоши.

Остальные клоуны принялись хлопать Гоши по спине, а тот смотрел на каждого из них удивленным взглядом, словно впервые видел. В мрачной решимости клоуны направились в сторону сцены.

Они прошли мимо шатра для шоу акробатов, куда днем принесли дополнительные ряды стульев, взятые из их шатра. По лицу Гонко было понятно, что тот с трудом сдерживает ярость. Выступление уже началось, и они слышала «охи» и «ахи» публики, когда акробаты под самым куполом бросали вызов смерти.

Оказавшись за кулисами в своем шатре, клоуны наткнулись на Джорджа Пайло. Джей-Джей впервые увидел его вблизи, и он испытал к нему инстинктивную неприязнь, которой было далеко до того благоговейного страха, что он чувствовал при виде Курта. С высоты пупка Дупи глаза Джорджа метали молнии, хотя рот его улыбался. Гонко замер, передернул плечами, однако тон его был мягким и любезным:

– О, здравствуй, Джордж. Пришел на нас посмотреть? Посмеяться разок-другой?

– Нет, – ответил Джордж, и его голос был одновременно высокомерным, визгливым и презрительным. – Пришел напомнить вам, что вы по-прежнему на карандаше, и сегодня мы ждем великолепное шоу. Никак не меньше. Ты заметил, что произошло с сиденьями? С количеством сидений?

– Да, Джордж, мы заметили.

– Я забрал из вашего шатра три ряда стульев и поставил их в шатер акробатов, – все равно сообщил Джордж. – У них больше зрителей. И они это заслужили.

– Спасибо, Джордж, что обратил на это мое внимание, – кивнул Гонко. – Скажи мне, Джордж…

– Более того, – Джордж с явным удовольствием перебил Гонко, – я тебя целый день разыскивал. Я на другом конце цирка слышал твой припадок. Ты расстроил проходимцев. Ты отвлек их.

– Джордж, там вышел инцидент с фокусником…

– Если мне придется лично присматривать за тобой, не думай, что я этого не сделаю. Я знаю, что ты якшаешься с Куртом, но мне ты не нравишься, Гонко.

– Я понятия не имел, Джордж.

– Вы мне все не нравитесь! – завопил Джордж, размахивая рукой, как шимпанзе лапой.

Он подошел поближе к Гонко, так близко, что лицо его уперлось клоуну в живот, и голос стал приглушенным. Гонко уставился на пару слезящихся белесых глаз, яростно и не мигая смотревших на него снизу вверх.

– Здесь все меняется, – продолжил Джордж. – Меняется. Слышишь меня? Для некоторых из нас веселье закончилось. Для некоторых.

– Спасибо за совет, Джордж, – прошептал Гонко.

Пару секунд Джордж продолжал сверлить его испепеляющим взглядом, затем вдруг вылетел вон, задевая руками все, что попадалось у него на пути.

– Мне не нравится Джордж, Гонко. Он мне не нравится!

– Заткни хлебальник! – рявкнул Гонко.

Из шатра акробатов по соседству раздался бурный всплеск аплодисментов.

– Пора начинать, – пробормотал Уинстон.

Они слышали, как тихо переговариваются их зрители, и Джей-Джея охватило волнение. При одной мысли о том, что он окажется перед толпой незнакомых людей, разыгрывая из себя идиота; он почти пожалел о том, что сбежал с репетиции.

Гонко знаками подозвал всех к себе.