Цирк семьи Пайло полностью

Не спеша прогуливаясь по территории цирка, тут и там останавливаясь поболтать, Уинстон сообщил новости нескольким заинтересованным лицам, которые после передадут их всем, кому нужно знать. С исчезновением шара из рук Шелис два самых зорких и пытливых глаза ослепли. Но пытливые глаза никогда полностью не закрываются… Об этом ни на миг нельзя забывать.

Джейми нашел Стива в шатре шоу уродов, где тот с веселым видом притворялся, что поглощен уборкой пустых клеток, пока их обитатели вышли наружу поразмяться. Стив с такой легкостью приспособился к новым обстоятельствам, что Джейми поймал себя на мысли, что почти восхищается этим парнем.

– Чувак, вот это жизнь! – начал Стив, когда Джейми сел, прислонившись спиной к стеклянной стенке аквариума. – Ты карликов знаешь? Я сегодня ужинаю с одной из их девчонок. Зовут ее Лоретта. Мы познакомились, когда я смазывал шестеренки на колесе обозрения.

Джейми посмотрел на него, не веря своим ушам.

– Погоди-ка… ты не просто выживаешь, ты здесь счастлив?

Стив поглядел на него как на сумасшедшего.

– Конечно, а почему бы и нет, черт подери? Ты видел, чего можно достичь при помощи этого порошка? Вот что я тебе скажу: если бы здесь оказался Маршалл, он бы круглые сутки его пользовал, – Стив жестом поманил его к себе и понизил голос до шепота: – Типа представь, если бы ты хотел трахнуть, скажем, Памелу. И на часок или вроде того ты действительно у нее в комнате и делаешь, что задумал. Когда все кончается, ты просыпаешься, словно видел сон. Уж поверь, я пробовал.

Джейми покачал головой.

– Но… наша жизнь… Ты вот просто так готов признать и принять, что наша жизнь кончилась?

Стив рассмеялся.

– Кончилась, блин! Кончилось то, где тебе нужно пахать с девяти до пяти, выплачивать ипотеку и стареть. Врубаешься? Ни квартплаты, ни счетов, и мы видим такую хрень, что большинству людей даже и не снится. Ты знаешь, сколько времени эти ребята здесь обитают, акробаты и прочие? Они здесь многие сотни лет, Джейми. Они не умирают! И выглядят так же молодо, как в тот день, когда сюда попали.

У Джейми не хватило духу напомнить, какими сломленными и побитыми выглядели в большинстве своем служители, бесконечно занятые работой на шоу представлений (те, кто, как и Стив, не были артистами).

– Мы никогда не увидим свои семьи, – с едва заметной дрожью в голосе произнес Джейми. – Никогда. Тебя это не волнует?

– Да у меня и семьи-то особо нет, – Стив пожал плечами. – Отца я ни разу не видел, а мамаше я вечно мешал. Она раз в неделю посылала мне деньги, лишь бы я ей на глаза не показывался, так я думаю. Да кому какое дело? Заведем новые семьи. И потом, откуда ты знаешь, что мы их больше никогда не увидим? Однажды они могут оказаться здесь, а может, нас туда отпустят на время, в отпуск. Не высовывайся и не лезь в драки… Некоторые из здешних типов друг дружку просто ненавидят. Видел, как цапаются клоуны и акробаты? Видел, так ведь? Ты же клоун, верно? Черт, тебе повезло. Слушай, а как Гонко в обычной жизни?

Джейми вздохнул.

– Тот еще чертяка. Держись от него подальше.

– А выглядит крутым, – с восхищением произнес Стив. – Здесь, на Аллее, все до смерти боятся Гонко. Они его высматривают, а если он появляется, то все разбегаются кто куда. Карлики хотят его убить, но ни у кого из них не хватает духу даже попробовать.

Наступило молчание, пока Стив натирал железные прутья клетки. Немного погодя Джейми спросил:

– Слушай, вот насчет клоунов и акробатов… Ты знаешь, в чем там дело? Почему они так враждуют?

– Да, слышал я об этом кое-что. Тебе бы поговорить с кем-нибудь из стариков на Аллее Развлечений… Нет, погоди, там же тебя ненавидят. Не надо было отливать в рот гипсовому клоуну.

Джейми передернуло.

– Однако, – продолжал Стив, – кто-то из стариков все помнит, они это все наблюдают очень много лет. Все эти драки и вражда возникли из ничего. Когда у тебя в замкнутом пространстве столько психов, достаточно малейшей искры.

– Ну, например?

– Ну, например, как в книжке Марка Чоппера Рида, где он пишет, что большая гангстерская война разразилась из-за тарелки сосисок. Первая драка между клоунами и акробатами завязалась из-за спора, кто первым выйдет на сцену в шоу. Сраная ерунда. А потом началась вражда навеки. Погибла масса этих психов. И никто ничего не забывает и не прощает. Плюс к тому – всем скучно.

– За всем этим должно стоять что-то большее, – возразил Джейми.

– Ну да. Они же уроды, простые и незатейливые. Просто придурки. Им не нужны причины, чтобы сорваться. А начальство не помогает. Курт обожает провоцировать побоища. Служители думают, что он их смотрит как спортивные состязания.

Джейми кивнул, ничуть не взбодрившись от того, что услышал, но почему-то обрадовавшийся тому, что все обсуждалось как бы между прочим и принималось с большой готовностью. Все это придавало цирку некий флер нормальности, и он не хотел, чтобы Стив прерывал свой рассказ.

– А что ты думаешь о начальстве? – спросил Джейми. – О братьях Пайло?

Стив присвистнул.