– Пора возвращаться наверх. А нужные экспонаты, – тут Эрнест бросил короткий взгляд в сторону горных пейзажей, – Мы заберём накануне возвращения в Сент-Себастьян. Надо подумать, как их отсюда доставить на поверхность. Под водой – будет проблема. Ты поищи карту коммуникаций…
Ночь Леран просидел за серверным компьютером, установленным в личных покоях Карлоса. Другое имя, означенное в охраняемых акулами документах, не впечатывалось в память. И к утру он добрался до секретного плана под странным названием «Микроб Б». Раскодировка не представила особого труда. И ещё через час, так и не отыскав схемы подземных коммуникаций, Леран стал обладателем информации о главной задаче, решаемой тайным центром. С ходу не поддалось объяснению только само название «Микроб Б». Почему микроб, и какое могут иметь отношение микробы к чисто техническим проблемам, – оставалось неясным. Одно было несомненно, – в названии скрывается что-то крайне важное для общего понимания проблемы.
Леран пригласил в комнаты Карлоса комиссара Мартина, рассказал, что обнаружил в памяти главного компьютера, и Эрнест тут же отправился к содержащимся в изоляции специалистам. Выходило, что они трудились вовсе не подневольно. Следовательно, ответственность не ушла вслед за Карлосом, её должны разделить те, кто знает всё, но молчит.
А Леран, потеряв надежду обрести полную ясность в компьютерных файлах, взялся за осмотр личной библиотеки Карлоса, размещённой в книжном шкафу и на полках рядом с кроватью.
В это время комиссар определял, кто есть кто и стимулировал откровенность тех, чьи научные интересы были весьма далеки от общения как с дельфинами, так и с динозаврами. Как и с прочим животным миром.
К моменту возвращения Мартина Леран нашёл то, что искал. Обмен добытыми и найденными сведениями получился насыщенным и напряжённым. Каждый понимал его чрезвычайность. Ибо значение общего открытия выходило далеко за пределы полномочий комиссара полиции окружного города. Они вступали в поле политических комбинаций. Пришлось вспомнить общеизвестную истину: там, где вступает в игру политика, причём надгосударственного масштаба, простым смертным нет места.
После уточняющих вопросов и ответов Эрнест Мартин решительно открыл бар–холодильник Карлоса, отыскал в нём бутылку коньяка и, не предлагая Лерану, приложился прямо к горлышку.
– Красиво работал этот Карлос, – отдышавшись, сказал он, – Учёные разбиты на две изолированные группы. Кстати, у нас они так и содержатся, в разных комнатах. Удачно получилось. Группа, отмеченная знаком трилистника, занималась подводным миром. И драконами. Эти до сих пор убеждены, что честно работали на правительство и не доверяют мне полностью. Ждут приезда столичной комиссии. Формально правильный расчёт, она не замедлит явиться. Другая группа, которых ты поймал через компьютер, – чистые технари. Они полностью представляли, над чем работают. Не учёные, даже не люди, а монстры. После разговора с ними меня тянет в ванну. Их бы всех приговорить пожизненно. Но я не знаю статьи об уголовной ответственности за такие дела. Жизнь опережает закон. Дело поворачивается совсем не тем боком… Боюсь, нам не только не дадут его закончить, но и постараются нас изолировать каким-то образом. Удивлён, как это мы до сих пор тут без охраны…
Леран в голове успел соединить с настоящим прошлое и сделать новые выводы.
– Ты прав. Мы столкнулись с организацией, более страшной, чем любая мафия. Ты говоришь о странном невмешательстве правительства в расследование, а я думаю, – почему не реагируют работодатели Карлоса. Ведь их ближняя опорная база совсем недалеко.
Он рассказал комиссару о посещении с Эриксоном «Центра западной магии» в Мэн-Сити, с которого всё и началось.
– В Мэн-Сити они подбирают себе людей, – заключил Мартин, – Подобные конторы можно разместить по всей планете. Неудовлетворённых жизнью и судьбой талантов хоть отбавляй. За право окунуться в золотонесущий поток многие готовы на всё. Ведь как они тут хитро устроились! Передающее устройство спрятано под землёй и открывается в определённое время для связи со спутником. В эти минуты небо над ними свободно, луч узкий, кто может засечь? На поверхности единственное здание, но и его с воздуха не заметить: на крыше дёрн, трава, песок. То, что и кругом, естественная маскировка.
– А колючая проволока с собаками? – спросил Леран, – С самолётов не знаю, а спутники такие вещи регистрируют свободно.
– Да-а, – промычал Мартин, – Нам бы ещё недельку… Кстати, Леран, а почему ты не спрашиваешь, где те двое, которые избивали Барта и тебя, те, которые бросили Барта в бассейн с акулами?
Леран посмотрел на Эрнеста спокойно, но в глазах его мелькнуло такое, что комиссар поднёс бутылку к губам. Он и к нормальному взгляду нечеловечески золотых глаз никак не мог привыкнуть. Юный друг Барта Эриксона постоянно держал его в напряжении, заставляя концентрироваться на его экстра-неординарности.
