Он отпрыгнул в сторону и упал на колени, на холодный кафель пола. Перед глазами мелькали пятна света, полосы воды, тени. Тени стали болотоно-зелеными, наползали со всех сторон, и в один момент весь мир окрасился болотно-зеленым. У Серого занемели руки, он хватал ртом воздух. Он пытался закричать, но в горле пересохло, звук не принадлежит ему, звук никогда ему не принадлежал.
На коленях он отполз прочь от воды, прочь от собственного прошлого. Под пальцами скользил мокрый кафель пола, таким же кафелем были выложены и стены душевых. Впереди белыми призраками из полумглы вынырнули раковины – как поганки на тонких липких ножках. Он забился под раковину, подтянул колени к груди и обхватил себя руками. Его трясло.
Он уговорил себя дышать ровно, глубоко. Один вдох, другой. На полу искаженно, словно в кривом зеркале, миллионы раз повторялось отражение потолочного светильника. Брюки были в мокрых разводах. С уголка раковины свисал край его черной футболки, хотя когда-то это была футболка Киану. Серый как-то забыл ее отдать, и так и носил с тех пор.
Вдох, выдох, еще один вдох. С ним все будет в порядке.
Серый встал на негнущихся ногах. Его тело онемело, лишилось формы и тепла. Он натянул на себя футболку, и кожу обожгло холодом. Вместо того, чтобы повесить одежду на крючки, он кинул все на край раковины, и все вещи, конечно, промокли.
Из зеркала на него смотрело жалкое вымокшее существо с блестящими, усталыми глазами. Мокрые волосы прилипли к щекам, по шее ползли капли воды. Мокрая футболка, мокрые джинсы, мокрые волосы, все прилипло к телу. И фонтан брызг за спиной, призраками прошлого, заново поднимал тревогу.
На одном усилии воли Серый вернулся обратно к душевой кабинке. Лейка металась, рассыпала во все стороны струи воды. Серого снова начало трясти. Перед глазами мерещилась зеленая бездна. Тени ползли к его ногам. Он задержал дыхание и ударил ладонью по смесителю.
Фонтан опал, и только ручеек набежавшей воды стремился к стоку. Серый стоял по щиколотку в ледяной воде. Из мутной зелени постепенно выступали контуры предметов. Мелкий кафель стен, проржавевшие трубы, мутное узкое окно.
Он повел рукой по мелкому кафелю стены. Синий, голубой, зеленый, синий, белый, белый, голубой. Вдох, выдох. Он жив. Он, кажется, все еще дышит.
///
В спальне покачивался дымный полумрак. Занавески оставили приоткрытыми, и Серый поневоле бросил взгляд в окно. Предштормовое, почти черное море кидалось белыми гребнями волн. Ветер бился в стекло, метал по воздуху сорванные листья. Серый обхватил себя руками.
Он прошлепал через комнату к платяному шкафу. Его любимые линялые джинсы вымокли насквозь, он стянул их и стал копаться на полке. Нашлись черные джинсы, в них он обычно гулял ночью по дому. Второго свитера нигде не было. Серый примерно догадывался, у кого он мог быть. Водился у них один клептоман, который целыми днями тырил их вещи, а потом раздавал обратно. У Серого сейчас не было никаких сил искать Стилягу. Он либо сидел в столовой, либо шарился в какой-нибудь из классных комнат, а у Серого подкашивались ноги. К вечеру Стиляга вернется – сам отдаст, скорее всего.
На плечо легла ладонь. Серый вздрогнул – он всегда вздрагивал, когда к нему подходили со спины. Но это Киану, протягивал ему полотенце.
*Спасибо.
*Ты хорошо? – он как всегда был участлив и как всегда немногословен.
*Да, хорошо, – Серый повторил жест с открытой ладонью. Его руки дрожали. – Спасибо.
Киану оглядел Серого с ног до головы.
*Случилось. Что?
Серый улыбнулся и покачал головой. Киану нарисовал руками жест "раненый" и вопросительно вскинул брови. Его ломаный язык жестов был понятен и прост. Киану не нужно было много слов, чтобы что-то сказать. Ему не нужно было много слов, чтобы понять. Он и так знал. Он понимал других лучше многих. Даже лучше, чем Серый. Мир Киану иногда пугал, но рядом с ним всегда было спокойно. С ним было легко.
Серый ответил одной рукой.
*Все нормально. – Он указал на шкаф. – Свитер у Стиляги. Наверное.
Киану нашел у себя на полке черный свитер из шерсти альпаки. Он носил его только по особо приятным дням. Серого немного смутила такая щедрость.
* Можно?
* Конечно.
* Спасибо.
* Чай. Ты. Хотеть?
Серый кивнул, у него не осталось сил на гордость, сопротивление и заботу о себе.
* М-о-р-е? – спросил Киану на дактиле.
Он избегал жеста "море". Вместо этого прописывал слово «море» по буквам. Когда Серый находился в комнате, Киану задергивал занавески на окне. Только чтобы Серый как можно реже сталкивался с морем. И с собственным страхом.
Серый покачал головой.
*Душ.
Киану слушал очень внимательно. Серый выстроил жесты в простую фразу.
*Лейка душа – упала. Много воды. – Он улыбнулся через силу. – Испугался.
Киану усадил Серого на свою постель, укутал одеялом. Серого трясло, хотя он храбрился и старался делать вид, что ничего такого не произошло. Киану налил чай из термоса, протянул ему чашку: черный, с лимоном и сахаром.
*Спасибо.
*Холодно?
*Было холодно. Сейчас тепло.
*Вода. Страх?
Серый кивнул, с Киану было безопасно говорить о страхах.
*Пока да.
