Киану был до чертиков тактичен. Он переходил на жесты не только когда говорил с Серым или в его присутствии. Он еще переходил на жесты каждый раз, когда слова вслух могли помешать. Как сейчас. Когда с Серым явно что-то произошло.
Сати покачал головой. Киану сел на пол – там, где стоял.
* Драка, – Сати попытался незаметно вывести жест одной рукой, так, чтобы не потревожить Серого.
Серый поднял голову, осмотрелся. Он увидел темный силуэт в дверях и дернулся, вскочил, но вскрикнул в голос, и снова упал на колени. Сати коснулся его плеча.
* Киану, – сказал он и указал на Киану.
Киану помахал ему рукой. Серый вытер лицо рукавом, и на манжете остались кровавые пятна. Из носа шла кровь.
Идти он толком не мог. Вместе с Киану они потащили его в душевую. Пока Сати готовил воду, Киану стащил с Серого одежду, грязную и порванную. Вдвоем они запихнули его в душ. Серый выглядел отстраненным, будто не до конца осознавал, что сейчас происходит. Сати отодвинул его волосы и хотел снять аппараты, чтобы не залить их водой, но ни на одном ухе аппаратов не было. Куда они делись, он не знал.
Когда Сати лил на него из душа, по кафелю текли багряные разводы. Серый прислонился плечом к стене и уронил на грудь голову. Пршел Ниссе, принес стопку одежды. Посмотрел на душевую, сейчас больше похожую на место преступления, постоял немного и ушел.
В комнате, пока их не было, Киану, Ниссе и Эйл попытались устранить погром. Вымели осколки битых бутылок, собрали тряпками воду, убрали занавески. Кто-то принес еды. В спальне собрались все, кроме Рильке. Самого Рильке никто не видел с обеда. Сати предполагал, что он может быть на лестнице, но не был в этом уверен. Лестница перестала быть тайником. А Рильке – он либо сейчас заляжет на дно, либо пойдет драться. Сати прожил с ним достаточно долго, чтобы заметить эту его фишку. Снимать стресс в драке. Но у него не было ни сил, ни желания сейчас его искать. Что-то говорить. Драться.
Перебинтованного Серого завернули в плед и уложили поближе к обогревателю. Серый полежал немного, выпутался из одеяльного кокона и подполз к столу. Сати подвинулся, освобождая для него место.
– Что случилось-то? – спросил Ниссе. – Спальню превратили в место преступления.
– Просто драка, – сказал Сати. – Ничего такого.
– С кем?
– Неважно. Все уже решили свои вопросы.
– Серый? – позвал Ниссе. – Се-рый!
Серый не отреагировал, и посмотрел на Ниссе, только когда он потянул его за рукав.
– Ты как, нормально? Видок у тебя тот еще.
Серый покачал головой и показал на ухо.
– Исышу, – сказал он. 19
Он потянулся рукой к подушке, но на полпути одернул руку. Не было под подушкой никакой тетради. Рильке же порвал ее и выкинул в окно. Серый посмотрел на Ниссе и пожал плечами.
– П-асти. 20
Ниссе показал ему открытые ладони – ничего, мол. И подвинул в его сторону тарелку с липкими колбасками. Серый вытянул из пачки сигарету и закурил. На столе стояли его любимые липкие колбаски, но он к ним даже не притронулся. Сигарета подрагивала в его руке, пепел он стряхивал мимо пепельницы. Выглядел он неважно. Под левой скулой кровоподтек, губа рассечена. В уголках губ – запекшаяся кровь. Руки разодраны и сбиты. Поперек ладоней – свежие бинты. Под ногтями – багряные полумесяцы.
Киану покачал перед ним ладонью и собранными в “W” пальцами прикоснулся к подбородку. Серый с безразличным видом повел плечами и ткнул пальцем в одну из стоящих на столе бутылок. Настойка Лунатика, он ее готовил из аптечного спирта и еще какой-то бурды. Киану налил ему полную кружку, и Серый выпил настойку в один заход. Сати указал на колбаски, и Серый покачал головой.
Киану потянул его за рукав, и когда Серый посмотрел на него, протянул ему что-то на раскрытой ладони. Серый вздрогнул, как от удара током, сгреб предметы в руке и засунул в карман толстовки.
///
Перед ужином Киану проверял карманы одежды Серого, прежде чем отправить ее в стирку. В кармане толстовки оказались два предмета ассиметричной формы, похожие на маленьких наутилусов, завинченных зеркально в разные стороны, сине-зеленого, полупрозрачного цвета. Выглядели они очень хрупкими.
Киану вышел на свет, и только теперь понял, что это были слуховые аппараты, только непривычной формы. Маленькие, цветные, легкие, теплые на ощупь. Он таких никогда не видел. Он никогда не видел их на Сером. Почему-то даже не думал о том, что они могут у него быть. Хотя сейчас понимал, что это вполне естественно.
***
Отит, да? Тахти улыбнулся. Пока Вилле изучал его уши через конусы, пока просил зачем-то сказать «а», пока он выписывал рецепт на капли и пастилки, пока оформлял направление к лору. Тахти улыбался.
– Ходил без шапки? Признавайся.
Тахти покачал головой.
– Иногда.
– Ну вот тебе и твое «иногда». Держи.
Вилле протянул ему бумажки – больничный лист, рецепт, направление.
– Спасибо.
– Печать не забудь поставить.
– Точно.
В дорме Тахти сварил кофе и налил в него кучу сгущенки. Он не смог найти ни одной причины, по которой ему нельзя было бы кофе. Еще он разрезал пополам круассан и намаслил оба среза.
