Он положил ракушку обратно на подоконник. Сати не понял, услышал он на самом деле море или нет. И не стал спрашивать.
Серый тер ладони. Ветер играл с его волосами, касался прядей невидимыми просоленными руками. Сати закурил, и Серый повернулся к нему, когда почувствовал запах. Он протянул руку, и Сати отдал ему сигарету.
– Пойдешь на ужин? – спросил Сати.
Серый надел все черное, даже шапку. Так он одевался только когда собирался всю ночь бродить по дому. Он покачал головой.
– Э о-онный. 12
– Что тебе принести? – Сати говорил погромче и нарочито выводил все звуки, чтобы Серому не пришлось доставать свою тетрадь. Чтобы Серый мог говорить – как он хотел всегда. Просто говорить. Словами. В голос.
– Иипкиэ офаски. Клеб. 13
– Хорошо.
– Аибо. 14
В спальню пришел Рильке, постоял немного в дверях, в клубах дыма от самокрутки. Пару недель назад он подрался, и джинсы до сих пор были порванные на колене и в пятнах чьей-то крови. На нем был свитер Сати. Свой старый свитер он так и не смог отстирать, а Оску очень не нравилось, что он ходил в заляпанном кровью свитере. Сати отдал ему свой, а где был тот, Сати не знал. Он видел, что Рильке пытался его стирать, и с неделю он болтался над столом мокрый и капал им в кружки, но потом кто-то его убрал.
Серый помахал ему рукой, Рильке не ответил. Он прошел к своему матрасу без единого слова, перебрал кучу шмоток, которые всегда лежали горой в ногах. Достал шапку. А потом достал еще что-то темное, прямоугольной формы. Сати не сразу узнал предмет.
– Эй, – позвал Рильке, и когда Серый не отозвался, дернул его за рукав.
Серый вздрогнул и повернулся к нему.
– Икке? 15
– И какого хрена это валяется на моей кровати? – Рильке кинул Серому под ноги темно-серую жестяную коробку.
Серый наклонился, поднял ее. Снова залез на подоконник. Ничего не ответил.
– Твои вещи везде – на стульях, на кроватях, на подоконнике, – затараторил Рильке. – Куда ни сунься – везде свитер Серого, штаны Серого, носок Серого, трусы Серого. Знай свое место, ты!
Серый смотрел на него, не говоря ни слова, а Сати видел, как кончики пальцев его принялись подрагивать.
– Су-той. 16
Он спрыгнул с подоконника, вытащил из-под подушки свою тетрадь и протянул Рильке.
– Не ‘нимаю. Асти. Иши ажаута.17
– Не по-ни-ма-ешь? – теперь Рильке кричал, но Серый только покачал головой. – Теперь ты не по-ни-ма-ешь? Так надень свои идиотские аппараты.
Серый протягивал ему тетрадь. Рильке закатил глаза. Затушил самокрутку о подоконник и бросил бычок на пол. Он показал на свое ухо.
– Аппараты!
Серый отодвинул волосы и показал ему ухо. Он был в аппаратах.
– Иши, ажаута. 18
– Чего случилось-то? – встрял Сати.
– Ничего не случилось, – огрызнулся Рильке. – Достало уже.
– Говори медленнее, – сказал Сати, он надеялся, что спокойно. Серый переводил взгляд с одного на другого. – Ты тараторишь.
– Теперь я еще и тараторю?
– Рильке, Серый плохо слышит. Ну ты как будто не знаешь.
– Заткнись, Сати.
– Че-го? – Сати вскочил на ноги.
* Прости, – сказал Серый на языке жестов. – Я не понимаю. Напиши, пожалуйста.
Рильке выхватил из рук тетрадь, порвал ее по корешку и бросил в открытое окно.
– Почисти уши и, может, поймешь чего!
Серый перегнулся через подоконник и выглянул на улицу.
– Рильке! – Сати дернул Рильке за воротник рубашки. Рильке отцепил его руки и толкнул в грудь. Серый все еще смотрел в окно, будто тетрадь могла взлететь обратно ему в руки.
Рильке потянул Серого за шиворот и развернул к себе.
– Меня достало вечно под тебя подстраиваться. Ты! Что ты о себе возомнил.
* Что не так?
* Идиот. Ты глухой идиот, вот что не так!
– Слушай, ты, – начала Сати.
Серый посмотрел на него и положил ладонь ему на плечо. Он смотрел на Рильке.
* Почему?
* Почему! Уши надо чистить.
* Я чищу. Это не из-за этого.
Рильке вытащил из кучи на кровати свитер Серого – светлый, почти белый. Сати не знал, какого он на самом деле цвета. Серый почти не носил его, потому что на его фоне было плохо видно руки. Давным-давно этот свитер стал носить Рильке, в самые трескучие холода.
Он кинул свитер в Серого.
* Твои вещи. Убирай их к черту.
* Что случилось?
* Ты- везде! Вещи – везде! Надоел! Ты, твои уши. Твоя одежда – моя кровать, лежит, куча! – Рильке стащил Серого с подоконника за свитер и толкнул в сторону его матраса. – Твой угол – там!
Серый устоял на ногах, и весь собрался, словно дикий зверь перед прыжком.
* Сиди там! Тихо! Думаешь, ты – хозяин дома? Охренел?
Сати дернулся, напрягся весь, собрался для удара. Серый встал прямо перед ним, закрыл его от Рильке.
* Я такого не говорил.
* Да, ты здесь не говоришь. Ты не можешь. Все должны вокруг носиться! Дурацкая тетрадь, писать! Иди ты! Все было хорошо. Ты приехал и все сломал!
– Думай, что говоришь, Рильке, – влез Сати.
Сати обошел Серого. Это уже чересчур. Все, что Рильке сейчас наговорил Серому. Серый поймал его взгляд и покачал головой.
Не лезь.
Сати указал рукой на Рильке, но Серый только еще раз покачал головой. Сати стоял посреди комнаты, внутри жгучим комком собирался гнев.
* Я не считаю себя хозяином, – сказал Серый. – Я никогда этого не говорил.
