Мне не хватало той способности прощать, которой обладал мой брат, и я нередко мечтал, чтобы и у меня это так легко получалось. Мне до сих пор было тяжело смотреть в глаза Райану и не думать при этом, как он предал меня. Кровь Бабы… Однако то, что он сделал для Амира, не позволяло мне и дальше злиться на него.
Я не знал, смогу ли когда-нибудь простить его всем сердцем. Одно было бесспорно. Райан должен остаться в живых. Я хотел вернуть султану его сына, живого и избежавшего смертельной опасности.
Райан позволил мне поддержать себя во время подъёма по лестнице. «Просто минутная слабость, – сказал я себе. – Шахзаде так просто не умирают».
По крайней мере, мне хотелось в это верить.
– Спасибо тебе, – сказал он так тихо, что остальные его не услышали.
Это не его вина. Он делал всё с добрыми намерениями. Если кто-то и был виноват, так это я.
Аиша изумлённо смотрела в коридор. Это было поистине прекрасное место.
Я легонько сжал предплечье Райана.
– Держись, ладно?
– Извини, – пробормотал он. – За всё.
– Пустяки.
– Ты простил меня? – спросил он.
Я вздохнул:
– Всё не так просто…
Он поморгал глазами и кивнул.
– Разумеется. Я понимаю.
Мы молча шли по галерее. Мой брат очень осторожно открыл дверь. Там было несколько книжных шкафов. Посреди комнаты на красивом ковре стоял письменный стол. Перо, лежавшее рядом с чернильницей, выглядело так, будто им только что писали: на кончике поблёскивала тёмная жидкость. Нам нужно было подняться выше, туда, где росло дерево.
В дальнем конце комнаты была лестница, уходившая вверх. Она наверняка приведёт нас на балкон с деревом.
– Так, так. Поглядите, кто у нас здесь. – Мастер вышел из-за угла и скрестил руки на груди. – Никому ещё не хватало наглости войти в мою башню. – Взгляд его скользнул к Аише и дрогнул, словно при виде старой знакомой. Она смотрела на него взглядом затравленного зверька.
– Аиша? – пробормотал он.
Она затрясла головой.
– И ради этого ты покинул меня? – Голос её был хриплым от слёз.
– Дорогая, я не ожидал увидеть тебя снова. – Он раскинул руки. – Я скучал по тебе.
У меня рот открылся от изумления.
Амир с ужасом смотрел на Аишу:
– Это твой отец?
Она как будто и не слышала Амира.
– Я заслуживаю объяснений за ту пустоту, которую ты оставил. Как ты мог?
Руки его упали.
– Я не хотел больше причинять тебе боль. Уехать от тебя было единственным выходом, который я видел. Я хотел сделать что-то хорошее при помощи своих сил. Вот почему я здесь. Я защищаю свой народ от жизни в страхе. Я даю им новые возможности.
– Твой народ?
Он сощурился.
– Ты же знаешь, как к нам относятся. Мы гнусы. Как ты не понимаешь?
– Я прекрасно понимаю. – Она сглотнула и указала на дверь. – Ты убил того человека.
Он сделал шаг по направлению к ней. Аиша вздрогнула.
– Он заслужил это, – сказал он вполголоса. – Мы регулярно отправляем гонцов в Сарадан, чтобы собирать людей с Отклонением. Человек, которого он послал, должен был вернуться позавчера. Это его вина. – Глаза его скользнули к нам. – Это твои друзья? Что они здесь делают?
Я сделал шаг вперёд.
– Мы слышали о дереве…
Он поднял руку. Губы его растянулись в хитрой усмешке.
– Вам нужно моё дерево куалзара.
– Нет, – поспешно сказал я. – Мы просим всего один цветок, чтобы мы могли возродить Сарадан от зла, которое оставили по себе Яссин и Сахир.
Санжди бросил на меня чёрный взгляд.
– Цветок не способен одолеть такое зло.
– Но он может остановить Отклонение, – огрызнулась Аиша.
– Разве у вашего могущественного султана нет в садах такого дерева?
Она отвела глаза.
– Это дерево мертво.
– Я понимаю. – Он оглядел нас одного за другим. – И теперь вы пришли, чтобы ограбить меня. Кому из вас нужна помощь, хм?
Райан сделал шаг вперёд:
– Я здесь, чтобы исправить злодеяния своего отца.
– Не надо, – прошипел я.
Райан резко глянул на меня, повелевая молчать.
– Он должен знать. – Он поднял голову и посмотрел прямо в глаза санджи. – Даже шахзаде могут быть затронуты Отклонением, и я исправлю ошибки, которые совершил мой отец, султан. Людей, подобных нам, больше не станут преследовать, поскольку сам я страдаю от того же недуга. Всё, что мне нужно, это цветок, и тогда мне хватит сил спасти мою страну.
Мастер рассмеялся.
– Ты шахзаде? – Он обвёл ревнивым взглядом фигуру шахзаде. – Вы принимаете меня за глупца?
– Он говорит правду, – сказала Аиша. – Я никогда тебя не прощу, если ты не поможешь нам.
Амир положил руку ей на плечо.
Мастер улыбнулся:
– Я сожалею. Никто не приблизится к моему дереву. Даже умирающий шахзаде. Султану следовало лучше заботиться о своём больном сыне.
Аиша видела это. Все видели это. Отклонение пожрало его.
– Ты исцелял себя? – Голос Аиши прозвучал непоправимо сломлено.
– Разумеется исцелял. Все на моём острове получили противоядие. Аиша, твоё место здесь, со мной. Я могу помочь тебе. – Он протянул к ней руки. – Позволь мне помочь тебе.
– У тебя на руках кровь, – сказала она едва слышно. – Ты планируешь нападение на Таху. Я больше не знаю тебя.
Он стиснул зубы.
