Девушка остановилась. Освещенный со всех сторон десятками мощных прожекторов, храм Афины, Парфенон, гордо возвышался на трехступенчатом основании, окруженный внешней колоннадой из восьми позолоченных колонн на восточном и западном фасадах и семнадцати колонн в длину. Не было фронтонов, фриз и метопов, почти все было разграблено лордом Элгином во времена османского владычества и выставлено в Британском музее в Лондоне, слишком далеко от того места, для которого они предназначались. И все же, несмотря на это, впечатляющая природа памятника захватывала дух и потрясла молодые и неопытные сердца. Это был волшебный момент. К сожалению, жуткий голос оборвал его.
– Добро пожаловать! – взревел холм, земля затрещала от ужаса.
Анна схватила Яна, который, если бы не она, в ужасе понесся бы вниз по склону. Разъяренный Алекс повернулся к ним. Он схватился за рукоять кинжала. Кошачье самообладание Селкаре, до сего момента внимательного и методичного, покинуло его. Он раздраженно причмокнул губами.
Отвратительный писк, который вдруг вернул их к реальности, донесся с афинского неба. Мерзкое чудовище, испустившее этот звук, пронеслось над их головами перед полной луной, отбрасывая свою тень на ребят. Затем стремительно опустилось на здание слева от Парфенона. Это была та самая гарпия, о которой говорил Селкаре. Воздух заполнило зловоние. Ужасное существо приземлилось на Эрехтейон, некогда главное место поклонения в Акрополе, которое теперь стало пристанищем для чудовищ.
Тошнотворный клекот гарпии несся с крыши, которую держали шесть каменных девушек в туниках: портик кариатид. Рядом с ним, рядом со святилищами Афины, Посейдона, Пандроса и мифического царя Эрехтея, пылало оливковое дерево. Оливковое дерево, подобное тому, которое посадила богиня Афина, было превращено в большой факел. Зловещие тени от его пылающих веток отражались на пугающем лице гарпии.
Кровь застыла в жилах Алекса, когда он заметил, что один из прожекторов, освещавших холм, был направлен на тело, привязанное к колонне. Это была мама.
Гарпия наблюдала за ними с крыши портика, двигая головой, будто ее шея держалась на тысяче шарниров и могла вращаться по кругу. В своих лапах с кривыми когтями, покрытыми струпьями и грязью, она держала то ли кролика, то ли крысу, все еще корчащуюся в предсмертных муках. Анна отвела взгляд, когда отвратительное существо отправило добычу в рот, разрывая куски плоти своими острыми зубами. Гарпия удовлетворенно и гортанно заклекотала, когда кровь жертвы потекла по ее подбородку.
Натали резко вскинула арбалет. Алекс посмотрел на нее в ожидании сигнала.
–
Алекс кивнул головой. Она была права. Нет, не было и речи о том, чтобы противостоять слуге, когда хозяин предстал перед ними во всем своем великолепии.
У западных ворот Парфенона показался человек в одеянии с капюшоном, таком же черном, как его душа. Он аплодировал, и с каждым хлопком земля содрогалась, а мраморные колонны покрывались все новыми трещинами.
– Браво, браво! Наконец-то ты пришел. – Капюшон закрывал его лицо, усиливая чувство тревоги и страха.
– Как ты мог подумать, что я не исполню свое предназначение, – иронизировал Селкаре, делая пару шагов навстречу таинственному незнакомцу.
– Я так не думал. Кастор оказался хорошим посланником. Я не ошибся, выбрав его, – каждое слово было ударом, которые Селкаре принимал сдержанно, его кулаки сжались, а костяшки пальцев побелели от ярости.
– Ты ублюдок! – прорычал профессор, стиснув челюсти. На его висках проступили толстые вены, волосы вздыбились от внезапного порыва ветра.
– А ты дурак! – выплюнул яростный голос изнутри капюшона. – Думаешь, что способен победить меня? Ты и кучка детей, которых ты считаешь своей армией? Лучше бы нанял пару спартанцев. – Он поднял руку, и в его ладони показалось ожерелье, из-за которого они ввязались в эту историю. Три бусины сверкали голубым светом и, словно живые, бились в унисон. – Посмотри наверх. Сила Цветов Персефоны неизмерима!
Ветер подул с огромной силой, унося ветки деревьев, песок и камни, которые, превратившись в импровизированные снаряды, с силой врезались в тела мальчиков. Удивленные силой ветра, они были вынуждены защищать лица руками.
– Ой, – крикнул Ян и тут же пожалел об этом.
– Что случилось? – Алекс приблизился, чтобы хоть что-то расслышать в этом урагане. Он не сразу понял, что камень ранил его в щеку, оставив неглубокий порез, из которого потекла кровь.
– Оставь, это неважно, – пожаловался мальчик. – Кто этот странный человек?
– Убийца моего дяди, – отрывисто ответил Алекс.
– Кажется, они знакомы… – смутилась Анна.
Натали озадаченно кивнула.
Ветер постепенно стих. В небе, среди клубившихся облаков, поднялся неясный гогот.
– У тебя ничего не выйдет без второго предмета, – уверенно возразил Селкаре.
– Да, верно. Другой предмет. Вот ведь незадача… Что же это? Медальон? Скипетр? – Плащ темной фигуры извивался.
– Ты прекрасно знаешь. – Селкаре все больше уставал от происходящего.
