Увидев толпу, Тан Ао громко сказал: — Моя фамилия Тан, я родом из Поднебесной империи, прибыл сюда из-за океана. Все в нашей стране знают, как очищать русла рек. Я нахожусь в вашей стране проездом, из этого воззвания я узнал, что много лет подряд вы страдаете от наводнений, что народ ваш терпит бедствия и ваш правитель готов платить дань и признать себя зависимым от правителя любой соседней страны, который сможет очистить русло реки в вашей стране, чтобы спасти ее от наводнений; если же это сделает чиновник или простолюдин, то его щедро наградят и пожалуют чином. Все это изложено очень убедительно. Вот я и явился сюда к этому столбу, чтобы заявить, что я готов, не считаясь с теми трудностями, которые могут мне встретиться, очистить речное русло и избавить вас от беды.
Не успел еще Тан Ао договорить, как вся толпа бросилась перед ним на колени и стала громко умолять даму из Поднебесной империи проявить свою доброту и спасти их от бедствий, а они ее наградят за это.
— Прошу вас, встаньте, — сказал Тан Ао. — Я хоть и могу очистить русло реки, но на что нам, людям из Поднебесной империи, ваши чины и награды? Ничего этого мне не нужно. Мне нужно только, чтобы вы помогли мне в одном деле, и я сейчас же приступлю к работе.
Поднявшись с земли, люди спросили: — О каком деле вы говорите?
— Есть у меня шурин; он зашел со своими товарами во дворец, а ваш правитель выбрал его своей любимицей и говорят, что день свадьбы назначен на сегодня. Если вы хотите, чтобы я очистил русло реки, идите все во дворец и просите, чтобы моего шурина отпустили, тогда я приступлю к работе. Если ваш государь не считает для себя важным жизнь своего народа и не согласится отпустить моего шурина, то если даже мне дадут горы богатства, мне они ни к чему, я у вас все равно не останусь.
Пока он говорил, толпа все росла, и вскоре вся площадь заполнилась морем голов. Услышав призыв Тан Ао, вся эта толпа с криками ринулась к дворцу.
Тем временем До Цзю гун шепнул на ухо Тан Ао: — Вы что, действительно можете очистить речное русло?
— Конечно, нет, — ответил Тан Ао.
— Если вы не можете, так зачем же вы сняли воззвание? — недоумевал До Цзю гун.
— Пусть я легкомысленно поступил, сняв воззвание, но ведь, я хотел спасти шурина, — ответил Тан Ао, — другого выхода у меня нет. Теперь весь народ направился ко дворцу, и, наверное, правителю трудно будет пойти им наперекор, так что он будет вынужден отложить день свадьбы. Завтра я посмотрю на их реку, и придется подумать, как помочь их горю. Если шурину на роду написано спастись, то, конечно, судьба будет мне благоприятствовать и я сумею очистить речное русло. Ну, а если ничего из этого не выйдет, то придется вам, Цзю гун, послать все товары, что есть на джонке, какому-нибудь соседнему государю и умолять его выручить шурина из беды; это будет самое верное.
Нахмурившись, До Цзю гун покачал головой.
В это время к ним подошел стражник, охранявший воззвание, и сказал, что прибыл паланкин, чтобы доставить Тан Ао в гостиницу. До Цзю гуну пришлось прикинуться слугой Тан Ао и отправиться за ним. В гостинице уже было приготовлено угощение; До Цзю гуну подали, как слуге, отдельно. Оба были голодны и охотно поели. После еды До Цзю гун пошел на джонку, чтобы успокоить госпожу Люй. Вернувшись в гостиницу, он — по-прежнему под видом слуги — стал ожидать добрых вестей.
Тем временем толпа в несколько десятков тысяч человек отправилась ко дворцу. У ворот дворца они подняли невероятный шум.
Государь в это время принимал поздравления своих любимиц и придворных дам; услышав внезапно этот шум, он сильно испугался.
В зал вошел придворный и доложил: — Государев дядя просит выслушать его сообщение.
Государь приказал впустить дядю, а всем присутствующим велел на время удалиться.
Отдав положенное число поклонов, государев дядя доложил:
— Какая-то женщина из Поднебесной империи сорвала воззвание об очищении русла реки в знак того, что она может очистить русло, но так как государь изволил избрать ее родственницу своей первой любимицей, то эта женщина просит, чтобы ее родственницу отпустили, и только тогда она возьмется за работу. Сейчас у ворот дворца собралась толпа в сотни тысяч человек, все они просят, чтобы вы, государь, подумали о судьбе своего народа, отпустили вашу любимицу, чтобы та женщина взялась за дело и спасла народ от беды.
— По древнему обычаю, — сказал государь, — даже женщины из семей простолюдинов никогда не выходят дважды замуж; как же я, будучи главой народа, прикажу моей любимице нарушить это правило?
— Только что, — сказал государев дядя, — я решительно заявил народу, что по обычаю нашей страны брак нерасторжим, тем более это относится к главе государства, который поэтому никак не может отпустить свою первую любимицу. Но представьте себе, когда я сказал им это, они все же решились умолять вас оказать им милость и отпустить вашу любимицу, так как, хотя счастливый день и назначен на сегодня, но любимица еще не вошла в ваши покои, и, значит, брак еще не состоялся.
