Тугайно-тростниковый скиффл полностью

БАКЛАНЬИ ОЗЕРА

Тот из охотников, который, выезжая на охоту, жаждет слиться с природой, ощутить гармонию души и тела в этом божественном мире, обречен на постоянный поиск.       Прежде всего, ему следует определить место, где водится дичь. Затем он должен оную разыскать, чтобы добыть. После чего требуется найти подходящее пространство для обустройства лагеря. Раздобыть пригодные для употребления воду и топливо…

Но, как ни странно, именно в этих занятиях он находит усладу и душевное равновесие, считая себя во многом независимым. Разумеется, при условии, если его окружают братья по оружию с аналогичными воззрениями.

I

Начнем с того, что мечта каждого охотника – отыскать участок земли, изобилующий дикими животными, куда бы он стремился всякий раз с наступлением сезона. Желательно, чтобы это был кусочек дикой природы, где не ступала, или не так часто ступала, нога человека.

Именно таким вожделенным предметом охотничьих желаний представлялись нам Бакланьи озера. О существовании этого уникального уголка Прибалхашья мы узнали от Николая, которому довелось охотиться в этих угодьях с однокурсником по институту – Маратом.

Из рассказов Николая Константиновича, это был воистину благодатный озерный край. Между водоемами с пресной и соленой водой затейливо петляла небольшая речушка с загадочным названием Аксу, поросшая с обеих сторон непролазными тугайными зарослями. В тугаях беспечно плодились в несметном количестве фазаны, величиной с домашних индюков. В барханах между озерами, переваливаясь с боку на бок, словно пингвины, бродили упитанные зайцы, а на лесных опушках лениво щипали травку косули, напоминающие стельных коров. Из тростников выползали погреться на солнышке толстые, как бегемоты, кабаны. В местах скопления бессточных вод стоял гвалт, издаваемый полчищами водоплавающих птиц. Воздушное пространство беспрерывно рассекали в разных направлениях огромных размеров гуси, пеликаны и бакланы, похожие на фрегатов с океанических островов…

Но самое яркое впечатление, оставшееся в памяти Николая Константиновича от посещения этого заповедного уголка, состояло не в голом созерцании местности с нагромождением великого множества дичи небывалой величины, а в восприятии трезвого образа жизни на охоте, как средства, позволяющего адекватно оценивать на трезвую голову окружающую действительность и под напором переполняющих чувств соединиться с ней в единое целое.

Данная форма чувственного отражения реального мира в сознании нашего друга возникла не случайно. Его партнер незадолго до их поездки напрочь отказался от принятия спиртных напитков, мотивируя свой решительный поступок тем, что на прежней работе в должности лесничего чуть было не спился. Николай поневоле вынужден был тоже на время охоты воздерживаться от употребления алкоголя. Поначалу данное воздержание его крайне тяготило, а затем он почувствовал преимущества трезвого человека и даже стал замечать вокруг нечто такое, на что ранее не обращал внимания или смотрел замутненным глазом. Возможно, это обстоятельство в какой-то мере объясняет его неожиданно взбунтовавшуюся фантазию.

Как бы там ни было, на следующий год мы вчетвером: я, Николай, Марат и Юрий Иванович, не считая моей спаниельки Дуськи, сели на поезд, который, громыхая вагонными сцепками, под мерный стук колесных пар, покатил нас навстречу сокровенной охотничьей мечте.

II

К этой охоте мы готовились тщательно, потому как вознамерились продвинуться вглубь угодий, где, по нашему убеждению, располагались малодоступные места. Но туда можно было добраться только транспортом, способным передвигаться по пескам. Однако для полного успеха задуманной аферы мало было достигнуть заветной территории – куда важнее было возвратиться, и желательно не пешком, поскольку предполагали удалиться от проселочной дороги, по крайней мере, на два десятка километров.

Пользуясь служебным положением, я предварительно договорился с начальником милиции Лепсинского района посодействовать в доставке нас на Бакланьи озера, а через неделю помочь вернуться к поезду.

Как только мы выгрузились на станции Лепсы, прямым ходом рванули в РОВД. Начальник принял меня радушно. Тут же пригласил в кабинет руководителя ГАИ, а уже через полчаса к зданию отдела подкатила новенькая грузовая автомашина – ГАЗ-66, за рулем которой сидел лейтенант милиции. Широким жестом офицер пригласил нас в авто. Мы расположились в кузове и тронулись в путь.

Нашему восторгу не было предела.