Михаил расплылся в улыбке и машинально протянул руку. Но тут же остановился, ощутив невидимую границу. Его рука зависла на мгновение, и он, неловко убрав её, почувствовал лёгкую растерянность.
— Вы ведь хотели что-то спросить? — с улыбкой спросила Анна, спасая ситуацию.
— О, да! Этот фотоаппарат и то, что вы делаете… снимаете на него. Какой в этом смысл? Ведь сейчас любое изображение можно зафиксировать одним взглядом, даже видео записать.
— Всё просто, — сказала Анна. — Это будет не по-настоящему.
— Почему? Камера Окулуса максимально приближена в цветопередаче к тому, как видит мир человеческий глаз.
— Вы смотрите на мир через линзы Нейролинка, — объяснила она. — Всё, на что вы смотрите, умирает, превращаясь в цифровую информацию. Когда вы хотите снова увидеть этот момент, вы получаете не то, что видели, а результат вычислений, который хранится где-то на облаке и уже вам не принадлежит. Плёночный фотоаппарат просто ловит свет, он ничего не вычисляет и не интерпретирует. Проявляя плёнку, можно увидеть то, чего глаз не замечает и не может распознать Нейролинк, это чистый, не проявленный мир во всем его разнообразии. Поток фотонов, запечатлённый на негатив.
— Да вы, Анна, философ! — восторженно воскликнул Михаил.
— Тут нет философии. Просто вокруг и так слишком много ненастоящего. А вы, кем вы работаете?
— Я философ! — Михаил чуть приосанился.
— Реально или формально?
— В наше время реальная работа — это роскошь.
— Вот видите, — она вздохнула. — И вы не настоящий. Я предпочитаю быть безработной и иметь хобби, чем создавать иллюзию работы и не иметь хобби. Бесит эта мода называть себя тем, кем ты не являешься.
Анна говорила с такой искренностью, что Михаил на мгновение ощутил обиду, но, глядя на неё, почувствовал лишь интерес. В её глазах читалась глубокая усталость и печаль. Видя его замешательство, Анна смягчила тон.
— Извините, это не ваша вина. Просто мой отец — чиновник, и он много говорит, но мало делает. Философия — это только слова. Весь реальный труд уже на плечах машин, а чиновники следуют их решениям. Я бы не хотела быть философом.
— Хах! Понимаю. Я тоже, если честно. Наверное, у нас просто нет выбора. А что вы делаете с этими снимками?
— Пока ничего, — задумчиво ответила Анна.
После короткой паузы она продолжила: — У меня есть мечта — устроить фотовыставку с настоящими, живыми снимками.
— Это замечательная идея, я бы с радостью посетил такую выставку! Покажете свои фотографии?
— Это плёночный фотоаппарат. Снимки нельзя увидеть, пока их не проявишь.
— Ах да… — Михаил разочарованно вздохнул.
— А у вас есть мечта?
— Коплю на прогулку по настоящему морю на яхте и недельный отдых в пятизвёздочном отеле с живым обслуживанием и натуральной пищей. Так сказать, премиум-премиум.
— Разве это мечта? Это просто цель.
— Почему не мечта? Многие мечтают накопить 100 Гейтсов и «оторваться по полной» или выйти на новый уровень.
— А за этим уровнем — ещё уровень, задачи всё сложнее, цели те же. Декорации меняются, а суть остаётся. Это не мечта. Мечта — это что-то высокое, недостижимое, уникальное. То, что требует долгого пути.
— Но и фотовыставка может быть просто целью, — улыбнулся Михаил. — Это ведь проще, чем 100 Гейтсов.
— Как это может быть просто? Нужно быть готовым.
— В этом-то и вся простота, — он засмеялся, приняв её тон.
— Ну да? — с вызовом парировала Анна, подыгрывая ему. — Даже обидно!
— Легко исправим, — весело ответил Михаил. — Давай я помогу тебе устроить выставку. У тебя есть мечта и хобби, у меня — ни мечты, ни хобби, ни работы. Если философия — это просто слова, займусь чем-то настоящим!
— И там будут гости? Акционеры? — прищурилась Анна.
— Обязательно!
— А я там буду как гость или соорганизатор? — спросила она игриво.
— Если гость, то только почётный.
— Лучше просто гость. Не хочу выделяться. Но нужны будут и другие участники.
— Договорились. Обменяемся контактами?
— Хорошо.
Михаил машинально начал искать устройства для обмена контактами, но тут вспомнил, что снял линзы. Накатила лёгкая паника: как это делать, когда нет устройств? Анна, заметив его замешательство, понимающе улыбнулась и достала смартфон.
— Я не настолько дикая, как может показаться. Диктуй ник в Телеграмме. Я не использую Мету.
Михаил продиктовал, Анна отправила ему приветственный смайлик.
— Погуляем?
— Давай! — быстро и без раздумий ответила Анна.
Они медленно шли по тропическому парку, следуя маршруту, который был понятен только Анне. Михаила периодически охватывало чувство тревоги: куда он идёт? Двигаться без навигатора и без какого-либо маршрута было для него крайне непривычно.
— Ты из отказников?
— Нет, что ты, это же фанатики. Тогда у меня не было бы даже смартфона.
— Тогда почему ты без Нейролинка?
— Представители власти, работающие с глобальным ИИ, не подключены к Нейролинку — это меры безопасности. Их дети тоже. Я дочь чиновника, мы используем гаджеты, но не интегрируем ничего сетевого в тело, если только нет критической угрозы здоровью. И мы не используем технологии продления жизни, как акционеры. Наш удел — независимость и смертность.
— Ого, да ты будущий политик?