– Какого разлома? – Флик взглянула на собравшихся воров, которые выглядели так, словно их грызло беспокойство. – Вы про разлом в чемодане?
Подбирала долго на нее смотрела, прежде чем заговорить:
– Ты ведь знаешь, что Пять Фонарей – невероятно магический город?
– Джонатан сказал, что это сердце миров. Центр магии.
– Не знаю, насколько это правда, – ответила Подбирала. – Однако здесь много магии. И всегда возникали разломы. Конечно, их никто не видит, но те из нас, кто обладает лупами, заметили светящиеся частицы, которые движутся в одном направлении. Они покидают этот мир, питая разлом. Изменения видны каждый день.
– Вы видели магию? – спросила Флик. – У вас есть лупы?
Подбирала достала из внутреннего кармана увеличительное стекло в обрамлении серебра и дерева. Желудок Флик неприятно сжался. Этот предмет принадлежал «Волшебным мирам», а не ворам, и Флик захотелось немедленно забрать его.
Подбирала усмехнулась, словно прочла ее мысли:
– Эти лупы очень ценные. Самая дорогая вещь, которую я когда-либо держала в руках. У нас всего несколько штук, и пользуются ими только избранные представители первого класса. Для них воровство на втором месте. Они сосредоточены на сборе магической энергии.
Флик заметила шкафчики. Они светились и пульсировали зловещим белым сиянием. Неправильно, что столько магии хранилось в тесном пространстве.
– В тех бутылках магия?
– Верно.
– Зачем вам ее столько?
Скрытник подался вперед:
– Госпожа смотрительница, мне кажется, следует проявить осторожность. Этот ребенок задает много вопросов. Она может оказаться шпионкой.
Подбирала приподняла брови:
– Ты шпионка, девочка? Ты и правда задаешь слишком много вопросов. А утверждаешь, что ничего не знаешь. Что стало с сообществом «Волшебные миры», раз ты такая неосведомленная? – Она сощурилась. – Сообщество еще существует?
Флик сглотнула:
– Если бы оно не существовало, как бы я попала сюда?
– Похоже на правду. Но кажется, там остались одни дети. – Она прошла к столу и присела на краешек, глядя на Флик сверху вниз. На ее лице по-прежнему играла равнодушная улыбка. – Пять Фонарей обречены. Город изобилует шрамами и ранами, но они всегда затягивались сами. Пока в небе не появился громадный разлом, который не может закрыться.
Флик представила себе огромный светящийся разрыв, какой видела за пределами «Волшебных миров», только висящий в голубом небе Пяти Фонарей, словно молния. О нем никто не знает, он не проявит себя, пока не станет слишком поздно. Флик охватило чувство беспомощности. Ей хотелось забрать лупу из рук Подбиралы, выбежать и направить стекло в небо – только чтобы посмотреть, права эта женщина или нет. Флик не знала, какой вариант предпочла бы.
Подбирала выпрямилась:
– Магия утекает из этого мира быстрее, чем может восполниться. Это приведет лишь к одному. К концу Пяти Фонарей.
– Не может быть, – выдавила Флик. – Разломы залечиваются сами и закрываются, если их не трогать. Почему с этим все не так?
– Из-за его размера, – вздохнула смотрительница. – Чтобы закрыть разлом, потребуется весь город Пяти Фонарей. Так и происходит. Целые улицы исчезают с карты. Магию все труднее удержать в бутылках. Пропадают даже люди.
«Как папа Джонатана», – подумала Флик. Она с легкостью представила, как мужчину – более взрослую версию Джонатана – утягивает в небо, где он исчезает навсегда. В горле встал ком.
– Мы не намерены сидеть и ждать, когда это случится с нами, – заявила Подбирала. – Мы покинем этот мир и начнем сначала. Как уже делали раньше.
– Раньше? Но… – Флик вспомнила слова Джонатана. – Вы не можете выжить в мире, к которому не принадлежите.
– Ах это! – Улыбка Подбиралы стала искренней и оттого пугающей. – Есть способы взаимодействовать с магией, о которых не знает даже сообщество «Волшебные миры».
В этот момент, будто дожидаясь за дверью удобного момента, в помещение вошла Щипала, толкая перед собой шатающегося Джонатана.
Флик приоткрыла рот от радости и потрясения.
Взъерошенные волосы Джонатана топорщились во все стороны. На лице засохла грязь, а на верхней губе запеклась кровь. Очки покосились на переносице.
В руке он держал чемодан. Облегчение девочки сменилось гневом.
«Ты принес им чемодан! – сердито подумала Флик. – Ты правда принес им чемодан… о чем ты только думал?»
– Джонатан… – процедила она сквозь зубы.
Он перевел взгляд на Флик, и она заметила разбитую линзу в его очках.
– Ах вот ты где. Они хорошо с тобой обращались? Приличная еда и все такое? Не знаю здесь никого, кто сделал бы нормальный чай.
Флик не понимала, шутит он или нет. Она приоткрыла рот, одновременно желая закричать от злости и отчаянно завыть.
– Должен сказать, что дизайн у вас тут так себе, – сказал Джонатан, оглядываясь. – Скорее похоже на магазин третьесортных ковров.
Смотрительница вознегодовала:
– Мы привели тебя сюда, Меркатор, не для того, чтобы обсуждать наше жилище.
– Что ж, поезд, похоже, ушел… если, конечно, его не сдали в утиль, – сказал он. – Вы уже одумались, смотрительница?
Подбирала выразительно посмотрела на чемодан в его руке:
