– Адыл, это я. Турсун часа два назад ушла к вам и до сих пор не пришла домой.
– Турсун сегодня не приходила к нам, – ответил Адыл, переступая порог дома, затем громко, заглядывая в комнату, спросил. – Жанылай, ты не знаешь, где Турсун?
– Слышала. Она была дома. Собиралась стирать, когда я уходила от вас, – сказала Жанылай. – Говорите, часа два, как ушла? К нам она не приходила.
– А где она может быть так поздно? – спросил Адыл жену.
– Не знаю. Пойду разбужу Садыра.
Трое мужчин направились к озеру. При свете луны обыскали весь берег, затем прошлись вдоль реки в обратную сторону, но нигде её не было. У порога их ждала расстроенная Жанылай. Она сообщила, что обошла вокруг своего дома и дома Юсуфа. «Как сквозь землю провалилась», – сказала Жанылай.
Было уже далеко за полночь, и они собрались расходиться, когда Амина, которая решила постелить постель для отца, обнаружила в родительской комнате записку мамы, адресованную ему. По раскрасневшимся от слёз глазам было видно, что она прочитала записку, прежде чем передала отцу. Юсуф, прочитав, пришёл в негодование.
– Ах, развратница Турсун! Я знал, что этим закончится!
– Что случилось, Юсуф? Скажи нам, не томи, – сказал Адыл встревожившись.
– Сбежала твоя дочь!
– Куда с бежала?
– Замуж! Прокляни её Аллах!
– Я, кажется, знаю, с кем сбежала. Я видел один раз их вместе на берегу озера, но Турсун эже сказала, что случайно встретила его там… Я сейчас же поеду за ней, пока не поздно, – сказал Садыр и решительно вышел из дома.
– Почему она так поступила?! Чего не хватало этой развратнице?! Что будет с детьми? – схватившись за голову причитал Юсуф.
– Опозорила нас твоя дочка! Лучше бы я умер, чем испытать такой позор, – сказал Адыл, обращаясь к жене.
Жанылай молча уставилась в одну точку на стене, не находя слов для утешения внучки и Юсуфа и доводов для оправдания дочери. Слёзы текли по её щекам. Только теперь она поняла причину частых прогулок дочери на берегу озера. Выходит, она, не зная того, потворствовала отношениям дочери с другим человеком, разрушающим её семью.
Садыр вернулся домой под утро. Он сообщил, что друзья Бейше не пустили его в дом. Его не избивали, но останавливали так, что порвали рубашку. Ему показалось, они ожидали, что родственники Турсун приедут за ней, и поэтому дежурили около дома Бейше. «Сейчас соберу своих друзей, и мы поедем за Турсун эже», – сказал он и, переодевшись, несмотря на уговоры родителей, ушёл.
Он собрал человек десять, в основном родственников, для которых честь рода была превыше всего, и возмущенная толпа, громко разговаривая, двинулась в соседнее село Жыланач. У входа в село их ждал Бейше со своей роднёй. Начавшись с перепалки, встреча двух сторон перешла в драку. Как раз в это время появился Самаган, который, приехав домой и узнав от родителей новость, сразу же помчался в Жыланач.
– Стойте, что вы делаете? Немедленно прекратите! – крикнул он толпе.
Люди, увидев большого начальника на коне, остановились.
– Научитесь же решать все вопросы не кулаками, а переговорами, – призвал людей Самаган.
Он отозвал в сторону брата, и расспросил его о Турсун и побеге более подробно.
– Всё! Расходитесь! – громко обратился Самаган к людям, которые только что чуть не побили друг друга. – Бейше, пойдём. Мне нужно поговорить с Турсун эже. Проводи меня к ней.
Молча они дошли до дома Бейше. Поздоровавшись с женщинами, Самаган прошёл в комнату, где Турсун сидела в одиночестве.
– Эжеке, зачем вы это сделали? Родители поручили привезти вас домой, к детям.
– Самаган, мне нет назад пути. Я очень долго думала, мучилась, прежде чем приняла решение. Пойми меня, пожалуйста. Я не могу больше жить с Юсуфом.
– А дети? Вы о них подумали?
– Конечно, хоть я и наркоманка, но чувства матери во мне остались. Я люблю детей. Уговори их не уезжать вместе с Юсуфом. Я их позже заберу.
– Не знаю. По мне лучше, если дети будут или с Юсуфом, или с родителями. Разве здесь им будут рады?
Воцарилась тишина. Турсун плакала, а Самаган думал о том, как бы уговорить сестру вернуться.
– Неужели думаете, что вам здесь будет лучше? Эжеке, вы ошибаетесь. Давайте, я заберу вас, пока не поздно. Можно расстаться с Юсуфом. Живите с детьми в новом своём доме. Я буду помогать вам во всём.
– Самаган, не дай бог тебе испытать то, что я испытывала в двенадцать лет, когда отец меня продал Юсуфу… в обмен на благополучие семьи. Оставьте меня в покое хоть сейчас. Я признаюсь, родня Бейше встретила меня очень плохо, но уверена, здесь я буду счастливее, чем там.
– Хорошо, эжеке, если вы уверены, я попробую успокоить родителей и родственников.
При выходе из дома он услышал, как одна из женщин демонстративно сказала: «А что, он не собирается забрать свою сестру-кукушку?»
– Ада, сделайте мне лук, – повторил Юнус, протягивая отцу палку и шпагат, но отец будто не слышал. Юнус еще раз повторил, уже толкая отца в грудь. Юсуф, наконец, увидел стоящего рядом сына.
– Что, сынок?
– Сделайте мне, пожалуйста, лук, – еще раз повторил Юнус свою просьбу.
