«Проблемы у подруги», – повторила она, но я никак не мог отвести глаз от чарующего профиля, где ваши роскошные пряди, и белизна лица виднелись лишь наполовину. Уже не вырывая из рук, а попросив не маячить телефоном перед лицом, я, наконец, увидел то самое, что так давно желал увидеть. Любовь, говорят, опьяняет, действует гораздо эффективнее любого наркотического средства, но если до этого момента был слегка навеселе, то после увиденного полностью успел прийти в себя. С экрана телефона на меня глядела девушка с правильными чертами овала лица. Ее лицо было молодое, красивое, нежное, а тоненькими, белыми ручками она крутила небольшую, цвета вороньего крыла, прядь густых волос. Едва уловимо, ухоженным мизинчиком она касалась маленького носика. В придачу ко всему, подкупающие восточные уголки глаз смотрели исключительно на меня, которым я, точно отвечая еще на не поставленный вопрос, успел приятно улыбнуться. Виктория не заметила моей секундной растерянности, и, желая развеселиться, спросила: «Понравилась? познакомить?» При любом другом раскладе, и в любом другом месте, я бы не задумываясь, ответил: «Да. Конечно», и стал бы весь вечер говорить только об одном: о предмете, мне симпатичном, и приятном, желая, как можно больше из невинных фраз услышать правды, и сокровенного, но вместо этого, я лишь нечто неразборчивое промычал себе под нос, и предложил, – забыв о ваших, своих, и ее проблемах, – далее наслаждаться приятным вечером.
Нужно теперь объясниться, почему себя повел, как мне казалось, и до сих пор кажется, ненадлежащим образом, и почему не смог утвердительно ответить на ее ненароком, точно в шутку, брошенный вопрос.
Вы мне понравились сразу (точнее – ваш профиль, ваше фото), зацепили в ту же секунду, (я пред вами честен полностью, – прошу на это обратить внимание!) но мог ли я, будучи не в презентабельном, слегка потрепанном, и пьяном виде, сказать об этом Виктории, и признаться в этом самому себе? Как бы оно выглядело со стороны? довольно неприятно, и обескураживающе. Давайте представим: молодой, хмельной от радости человек, не успевший увидеть с экрана телефона удивительный образ, тут же признается в любви, и под любым предлогом добивается встречи с незнакомкой? Да, я влюбчив, и даже сильно, но это никак не меняет сути дела. Подруга, если она настоящая, подобному повороту событий насторожится, и предложит, вместо удивительных историй о вожделенном предмете, нечто другое, бросив разумное: «Да ты пьян», и переведет разговор в другое русло. Да, признаюсь, был в ту секунду не первой свежести, но план в своей голове построил удивительный. Отбросив телефон резко назад, и не подав никакого виду, не проявив должного внимания, я согласился на продолжения уличного застолья. Мы продолжили веселиться, но с одной только разницей: Виктория и не подозревала, что хмель во мне как рукой сняло, сама продолжая пьянеть все сильней и сильнее, и что думать стал я свежо и с ясной головой исключительно ни о попойке, (сколько бы ни пил и не выпил), ни о сегодняшнем вечере, но исключительно о Вас…
Время шло; под этой безжалостной колесницей, под собой топчущей всё и вся на свете, ничего не остается на пути. Но мысли о прекрасном никогда меня не покидали. Не было ни дня, не случалось ни секунды, чтобы я не думал о вас, чтобы я не посвятил ужасно-жалкую стихотворную строчку в ваш адрес, чтобы не сравнил ваши глаза, возвращаясь поздно вечером домой, подняв голову гордо кверху, с крошечными, но многочисленными ярко зажжёнными небесными огоньками.
По воле случая, сам того не подозревая, привелось нам встретиться. Никогда не рассчитывайте ни на друзей, ни на знакомых. Рано или поздно, но вы усомнитесь в их верности, но вот судьба будет преследовать вас неизбежно, раз за разом проделывая те трюки, которых мы ждем от друзей, и боимся от врагов. Сколько раз просил я Викторию ненавязчиво заговорить обо мне, «подстроить» мимолетную, «случайную» встречу, и тому подобное, но она оставалась непоколебимой. И лишь когда, кажется, стоит опустить руки, и довольствоваться тем, что есть, что имеешь, не надеясь на большее, мы, наконец, бываем услышаны, и получаем желаемое.
Решили с товарищем отпраздновать окончание его интернатуры, и провести его во взрослую жизнь. Купили пару бутылочек коньяка, сок, закуски, и, распив это все на удивительной летней террасе, куда нас пустил добрейший души сторож-старик, поздно вечером спокойно возвращаемся обратно, рассуждая тихо ни о чем, как в одном из кафе увидели вас. Говоря вас, я имею в виду не Викторию в сопровождении Ирины, а исключительно, Ирочка, вас.
