Он думает, будто уже выиграл, и все потому, что у него больше опыта, чем у меня. И все потому, что благодаря ему сменили подкупленного мной крупье. Он думает, что загнал меня в ловушку.
Как будто он не знает меня.
Думаю, он недооценивает мое желание победить. Да, я действительно отказываюсь жульничать против него, просто потому, что у такой победы будет несколько иной вкус. А вот в остальном грязные приемчики не запрещены. Я жду лишь одного: чтобы этот турнир закончился и он смог наконец столкнуться с последствиями своих действий.
Чем дольше мы играем, тем больше я выигрываю и тем больше испаряется его улыбка. В игре он также становится все более неуклюж. Из-за стресса он действует слишком быстро, раз за разом совершая ошибки, свойственные новичкам. Полагаясь на мухлеж, он отвык от настоящей игры.
Теперь он уже старается не смотреть на меня, будто боясь, что я отвлеку его. С каждой минутой мое сердце наполняется упоением. Я сдерживаю улыбку, когда вижу свою новую руку – пятерку пик и пятерку бубен. Это хорошие карты. Должно быть, удача на моей стороне.
Словно возражая, Тито заглядывает мне в глаза и объявляет:
–
Тито идет ва-банк еще до флопа.
У него на руках пиковые туз и двойка. В этом нет преимущества. На данный момент карты Левия лучше. Надеюсь, так останется и после флопа…
– Сейчас или никогда.
Действительно – это последний ход. Последняя партия. Последний шанс Левия уничтожить Тито. Сидящие в зале люди слегка паникуют: Левий встает со своего места и с застенчивой полуулыбкой, блуждающей на его губах, подходит к сидящей в тени Ли Мей. Я замечаю, что он нервничает, но в то же время радостно взволнован.
– Черт, я потею как свинья, – жалуется Лаки. – Мне страшно.
Мне тоже, но вслух об этом не говорю. Я молча сжимаю кулаки. На экране Тито с подозрительным видом делает глоток из своего стакана с водой.
Обоих игроков зовут вернуться на свои места. Крупье быстрым движением руки открывает три первые карты – короля червей и валета и десятку треф. Я с облегчением выдыхаю. Преимущество по-прежнему за Левием.
– Это еще не победа, – напоминает мне Томас.
– Надо быть осторожнее с парой на столе, она может привести к подделке, – бормочу я как будто бы самой себе.
Пара десяток – это действительно было бы захватывающе, но следом появляется тройка червей. Лаки издает радостный писк, от которого я нервно смеюсь. Теперь у Левия восемьдесят четыре процента шанса на победу.
Дело почти в шляпе. Тито тоже это понимает, потому что его лицо мрачнеет и становится более опасным.
– Он сделает это, – шепчет Томас. – Он победит, я в этом уверен.
Мне хочется сказать ему не забегать вперед, что он его сглазит, но я не успеваю. Крупье вытягивает очередную карту…
И открывает десятку пик.
Я застываю на месте и неотрывно смотрю на последнюю карту. Я ничего не чувствую. Люди вокруг нас взрываются от радости, но меня как будто парализовало.
Я только что выиграл двенадцать миллионов долларов. Я миллионер… и чемпион мира по игре в покер.
– Ты сделал это! – кричит Ли Мей, бросаясь мне на шею. – Левий, ты смог!
Я до сих пор не могу в это поверить. Я с достоинством встаю на ноги и слегка дрожащими руками притягиваю ее в объятия. Я множество раз представлял этот момент. Каждый раз я представлял, что почувствую волну облегчения… гордости… удовлетворения как минимум от мысли, что смог сдержать обещание, которое дал самому себе шесть лет назад.
Но ничего этого я не испытываю.
Внутри меня только… грусть. Пустота. Я думаю о своем отце, и мне ужасно хочется плакать. Стоил ли этот миг победы всего остального? Я до сих пор не уверен.
Я протягиваю Тито руку, прекрасно зная, что он не станет ее пожимать. Я с жестокостью улыбаюсь, когда он прямо перед камерами прожигает меня взглядом, сам себя выставляя на посмешище.
– Ты знал, – рычит он.
Я знаю, о чем он. Да, я знал, что он заменит крупье. Да, я знал, что он будет жульничать. И несмотря на все это, я смог победить его. Надеюсь, что прямо сейчас ему крайне дерьмово.
– Можешь попрощаться с Розой, – говорит он убийственным тоном, – потому что больше ты ее не увидишь.
Я усмехаюсь. Даже Ли Мей улыбается и поднимает бровь. Он все еще думает, что может ею управлять? Вот честно, просто до смерти смешно.
– Не обижайтесь, тесть, но я не понимаю, как вы в своем положении собираетесь помешать мне общаться с вашей дочерью.
Он не улавливает ни слова из сказанного мной, но меня это не беспокоит. Скоро он все поймет. Роза же тем временем как раз ждет меня вместе с Томасом и Лаки у дверей комнаты. Я гордо, но непринужденно улыбаюсь им, как если бы с самого начала знал, что победа будет за мной.
Роза подбегает ко мне и с радостным криком запрыгивает на меня. Я в удивлении ловлю ее, и она обвивает меня ногами за талию.
– Ну и как я был? – спрашиваю я перед камерами.
– Супергоряч, – шепчет она и целует меня. Я с удовольствием встречаю ее поцелуй, словно награду.
– У твоего жениха теперь куча денег.
Она поднимает бровь и шутит:
– Ну разумеется. Я умею выбирать людей.
