— Если ты воин, то зачем задаешь глупые вопросы? — отвечаю в том же тоне, потом сжимаю бока Вислоухой и направляюсь в голову колоны.
Все что надо, сказано. Если эльф не дурак, а среди долгоживущих такие не водятся, то в моих словах было все: и разрешение убивать тех, кто захочет поохотиться на эльфов, и предупреждение гномам. Зуб даю, что горных коротышек эльфы еще сегодня предупредят, и они будут готовы к встрече. Как раз то, что мне надо. Поскольку задача стоит, говоря откровенно, сократить поголовье орков… А победят они при этом или проиграют — мне без разницы.
Угу, вот такое я живое воплощение самого могущественного шамана, посмертно избравшего меня своим приемником. Дух Оркгрима Мудрого, небось, в гробу переворачивается или где он там обитает, видя, что я творю, прикрываясь его именем.
— Двуликий! — останавливает меня кто-то из орков, мимо которых я проезжаю. — Скучно!
— И че? — делаю морду кирпичом. — Прикажешь спеть для тебя… или станцевать?
Дружный хохот показывает, что орки оценили шутку. Даже тот, что окликнул, скалит клыки.
— Не… — мотает головой. — Места знакомые. Тут неподалеку деревенька эльфийская. Разреши мне с друзьями поохотиться на длинноухих? Мож, девочку какую поймаем. Все веселее.
— Да, развлекайтесь… — пожимаю плечами. — Только если эльфы будут не слишком гостеприимными — пеняйте сами на себя. Из-за вас задерживаться не станем.
Никак не привыкну, что с орками надо разговаривать коротко и понятно. Если в предложении больше пяти слов — они только глазами хлопают.
— Чего? — таращится на меня, как на заморское диво «активист».
— Если убьют, — говорю медленнее, — ваши проблемы. Так понятно?
Орк кивает и выпячивает грудь, мол, не родился еще тот эльф, который смог бы уложить такого удальца.
Ну, ну… В настоящем походе я бы объяснил ему, что такое дисциплина, но у меня другая цель. И если эльфы пристрелят пару-тройку излишне озабоченных, я только поаплодирую. Мысленно…
Еду вдоль колоны, смотрю на сотни дружно топающих орков и аж дрожь пробирает только от мысли о том, что эта силища могла сейчас направляться не к гномам, а идти на столицу Империи. Ведь чистое везение, что Тень заметил их следы, и мы решили посмотреть, что оркам понадобилось в наших местах.[3]
Да и позже… После того, как все шесть кланов принесли присягу верности нам с Гулгадаром, мне пришлось призвать всю смекалку и красноречие, чтобы убедить вождей в том, что не люди, а именно гномы сейчас самый главный противник. Честно говоря, сейчас даже не вспомню толком, какую околесицу нес на совете — выпито было столько, что слона бы с ног свалило, — но своего добился. Никто не оспорил, и под конец все семеро били кулаками в грудь и орали «Смерть гномам!» Громче всех — мой когруэнт.
— Далеко еще? — равняюсь с Гулгадаром, едущим впереди войска.
— Я сам к гномам не хаживал, — отвечает побратим. — А следопыты говорят, что часа через два выйдем из леса, и оттуда предгорье уже видать. Думаю, на опушке надо сделать привал. Отдохнем, подкрепимся, а ночью двинемся дальше. Чтобы с рассветом быть на месте. Пока коротышки спят, отрежем им бороды… — засмеялся своей шутке орк. — Или у тебя другие планы?
Удачный у нас симбиоз получился с побратимом. Я обдумываю стратегию, а он — занимается тактикой и поточными делами. Ведь это только кажется, что достаточно собрать войско побольше и весь мир у тебя в кармане. На самом деле только после этого и начинаются бесконечные хлопоты… Как прокормить всю эту ораву? Сколько и каких припасов брать в поход? Какой клан пойдет впереди колоны, а кто в арьергарде? Да и остальных надо перетасовать так, чтобы кровники не оказались соседями. А для этого надо помнить какое племя с кем враждует и по какой причине. Идти пешком или садить часть войска на гиен… Которых тоже надо кормить, если не хочешь, чтоб они от голода взбесились и закусили наездниками.
К слову, это одна из причине гиен решили не брать. Только дюжину, для следопытов и вождей. Вторая — с гномами, скорее всего придется воевать под землей, в пещерах — а звери этого не любят.
— Да… разумно, — согласился я, поскольку любая задержка давала гномам дополнительное время, чтобы приготовиться к сражению. — А можно и до утра подождать… Куда спешить? Коротышки никуда не денутся…
Гулгадар открыл рот, но ничего сказать не успел. Слева послышался громкий треск, тяжелый топот, а минутой позже из лесу вылетел огромный вепрь. Зверь двигался настолько быстро, что орки, на которых он выскочил, даже отпрянуть не успели. Миг — и секач поднимает одного из зеленокожих на клыки. Мотает головой и бросается на соседа.
— Берегись! — запоздало орет кто-то.
— Вепрь!
Нет, что не говори, а орки прирожденные воины. Секач еще не успел разделаться со вторым бедолагой, как в зверя со всех сторон полетели топоры и копья. А те, что были ближе всего, взялись за секиры. Вепрь крутанулся вокруг себя, так словно его присела собачья свора, завизжал и… упал бездыханный. Напоминая огромного ежа — столько копий торчало из его туши.
