Пока мы разговаривали, големы прошли почти половину пути от замка до наших позиций, буквально выкашивая себе проход в орде всевозможных тварей.
— Гулгадар! Твой левый, мой — правый. Покажем нашим воинам и врагам, что великий и могучий Оркгрим Мудрый не зря выбрал нас своими приемниками.
Орк ухмыльнулся и хлопнул меня по плечу.
— Это будет отличный бой, брат. Акыны сложат песни о нем. Пошли…
Выскочив за периметр «каре», мы со всех ног бросились каждый к своему голему. Не ожидавшие ничего такого, твари не сразу обратили на нас внимание, и нам удалось пробежать добрую сотню метров, не увязнув в бою. А големы так и вовсе даже не глянули на одиночек. Их цель была весь отряд. К слову, десятка три выпущенных болтов, застряли в их телах, не причинив никакого вреда. Зато нам с Гулгадаром, пригодились. Опираясь на них, как альпинисты на крюки, мы довольно шустро взобрались великанам на плечи.
Да, был камень. Драгоценный он или нет, я не ювелир, но вреди бурой массы, напоминающей засохшие комья глины, прямо в затылке сверкал кроваво-красный камень, размером с кулак. И не просто сверкал, а пульсировал, как живое сердце.
Големы тем временем уже почти дошли до «каре», и я не медля ни минуты, размахнулся и со всей силы ударил по камню. Голем вздрогнул, остановился и подняв ручища, попытался смахнуть меня с загривка. К счастью, руки для этого оказались коротковаты. Его пальцы, толщиной с оглоблю, шевелились и скребли кожу рядом со мной, в каких-то десяти сантиметрах, но не доставали.
Удар… Камень буквально полыхнул огнем. Я даже ощутил лицом его жар, — но все еще держался. Голем издал громоподобный стон и завертелся на месте, по-прежнему безуспешно пытаясь зацепить меня.
Краем глаза заметил, что голем Гулгадара тоже топчется на одном месте. Значит, и мой побратим добрался до цели.
Еще удар…
Показалось или нет, но вроде на поверхности «сердца» голема зазмеилась трещина. Не разглядывая, бью мечом.
— Хрясть… — цвет с алого меняется на пурпурный, а каменный великан падает на колени. От этого падения, пошла такая волна, что часть орков на ногах не удержалась, да и я сам каким-то чудом удержался на загривке.
— Хрясть!
— Ууууууу… — голем со стоном упирается руками в землю. А камень в его затылке становится еще темнее, и теперь уже отчетливо видно, что мои удары не прошли бесследно.
Опустившегося на четвереньки великана рубят со всех сторон десятка три орков, но почти безрезультатно. Оружие либо просто застревает в теле, либо выкрошивает небольшие кусочки, как если б секирой бить по скале.
Замахиваюсь снова и чуть не слетаю на землю. Это голем Гулгадара упал. Молодец когруэнт, даже быстрее меня справился. К сожалению великан не просто упал, а рассыпался валунами. Часть камней упала на наших воинов, погребая их, как лавина. Слышны крики боли.
— Всем отойти! — ору что есть мочи, чтоб перекрыть шум боя. — Сейчас и мой упадет.
Даю минуту, чтоб те, кто ближе успели отступить, и наношу еще один удар, вкладывая в него всю силу и злость.
Ощущение, словно на оползне стоишь. Под ногами все шатается и расползается. Опора уходит, схватиться не за что, и я используя последний шанс, отталкиваюсь от той россыпи камней, которая прежде была спиной голема, и прыгаю вперед.
Хорошо, что он на четвереньках стоял. Прыжок получился всего метров с трех. Иначе б зашибся. Еще не успел на ноги встать, как меня хватают под руки и рывком выдергивают из-под россыпи валунов, самый меньший из которых с футбольный мяч.
— Мы сделали это, белый брат! — орет Гулгадар, прихрамывая.
— Сделали… — соглашаюсь я без особого энтузиазма. Если тот, кого мы атакуем, может посылать в бой вот таких «кукол», то что ж у него еще в запасе? Особенно, если вспомнить те огненные «приветы», которыми он то и дело пытался накрыть меня до этого. Только в прошлом он лупил вслепую, а сейчас мы перед ним, как на ладони.
Подымаюсь, оглядываюсь…
Благодаря големам, тварей значительно поубавилось, да и наших заметно прибыло. Значит, пора на штурм. Чего гадать на кофейной гуще. Ввяжемся в бой — поглядим. До сих пор нас не сильно потрепало. Не без потерь, само собой, но ничего не попишешь, война без жертв не бывает. Все знали, на что подписываются. Не дети…
— Вперед! К замку!
«Каре» оживает, вытягиваясь клином. Впереди десяток орков с ростовыми щитами, бо бокам тоже. Твари все еще наскакивают, но уже практически не нанося урона. Приспособились. Каждую крупную бестию принимают на щиты, а потом рубят на куски. Более мелких расстреливают, даже не давая приблизиться.
Чтоб не мешать, уже приноровившимся бойцам, уходим с Гулгадаром в арьергард. Да и отдохнуть чуток не помешает. Выложились по полной…
— Оживление на стенах! — кричит кто-то из дозорных.
Всматриваюсь в легкую дымку, окутавшую замок, но сзади ничего не видно.
— Всем быть настороже!
Можно подумать, кто-то расслабился. Но бойцы должны слышать голос командира, это добавляет им уверенности.
— Ффуххх! — раздается вдалеке, и со стороны замка в нашу сторону летит огненный болид.
— Берегись! — орем вместе с Гулгадаром.
Строй распадается, все стараются не попасть под удар.
