— Пошли, Двуликий, попытаем удачу… — отозвался Назлиум. — А ну, расступись народ… И тихо тут. Не шумите…
Мы с орком двинулись навстречу сороконожке, нарочито шаркая ногами, чтобы привлечь внимание. Усы твари замелькали в воздухе чаще и наставились на нас. Засекла, значит… Ну, давай, ползи к нам.
Словно услышав мой мысленный призыв, сороконожка отцепилась передней частью от стены и, извернувшись, стала слезать на пол.
— Руби! — рявкнул Назлиум. — Сейчас!
Орк был прав, именно в этот момент тварь была наиболее беззащитна. Подскочив к ней с обеих сторон, мы дружно рубанули по усам…
Ощущение, что клинки столкнулись с толстой стальной проволокой. Даже зазубрин не оставили.
— Под основание! — теперь командую я, одновременно уворачиваясь от щелкнувших жвал.
На этот раз дело пошло лучше. Срубить не срубили, но надрезали хорошо. Тварь зашипела и попятилась. Потом замерла и…
— В сторону! — заорал я подчиняясь интуиции.
Вовремя! Сороконожка плюнула в то место, где мгновение тому стоял орк. И судя по тому, как зашипела и обуглилась почва, слюна у нее была еще та. Под такой плевок лучше не попадать.
— Руби!
Мы снова ударили каждый со своей стороны… Есть! Хоть и у меня меч получше, зато орку силы не занимать… «Мой» ус еще держался, а «свой» Назлиум срубил под чистую.
Сороконожка издала какой-то булькающий звук и рванулась вперед, щелкнув жвалами. Но орка там уже не было, а вот ко мне она очень удачно повернулась боком.
— Получай!
Меч радостно свистнул, и второй ус тоже отвалился.
— Посторонись! — послышалась команда сзади.
Недоуменно оглянувшись, я увидел как из вернувшейся клети выбегают гномы-арбалетчики. Быстро они… Неужели столько времени прошло? А казалось, что весь бой и пары минут не занял.
Мы с Назлиумом отпрыгнули в стороны, и в голову твари тотчас впилось с полдюжины болтов.
Сороконожку словно пружиной подбросило, она заметалась во все стороны, махая ножками, которые заканчивались когтями, размером с кинжал, защелкала жвалами, даже плюнула еще разок, но все это скорее напоминало конвульсии, чем атаку.
— Готовсь! — очередная команда. — Целиться в голову! Пли!
Еще один залп буквально снес верхнюю часть головы твари. Оттуда толчками полилась зеленоватая слизь, и сороконожка — дернувшись еще пару раз — окончательно сдохла.
— Вовремя вы… — поворачиваюсь к гномам. Похоже, те самые, что в дозоре стояли. — А что не наши?
— Клеть вернулась, орков еще не было. Решили, что помощь вам не помешает. Чего зря время терять… И, как вижу, не зря торопились…
— Да мы б и сами ее ухайдакали, — ворчит негромко Локатус, которому не довелось побывать в бою. — Там всего-то на пару ударов оставалось.
— Нашли что делить, — вытираю пот со лба. — Не волнуйся, брат, я так думаю, что тварей нам тут всем хватит. Не запарится б…
— Это точно, — соглашается Локатус и в знак примирения протягивает лапу командиру гномов. — Хорошо твои парни стреляют. Ни одного промаха.
— Еще бы, — хохочет Назлиум, которого еще не отпустила лихорадка боя. — Болты ж денег стоят. А где ты видел гнома, который бы бросал деньги на ветер?
Немудреная шутка вызывает всеобщее одобрение, и эхо старательно разносит по подземелью дружный хохот гномов и орков. Клеть, тем временем, уносится вверх, за очередной группой воинов.
Вспышка, и от сороконожки остается лишь зеленоватая, вонючая лужа.
— Ну, что? Ждем новых тварей или сами в гости двинем?
Общий хор за то, чтобы двигаться дальше.
— Добро. Тогда первый десяток за мной, второй — в левый проход. Арбалетчики, разбиться на пятерки.
Отряд без суеты делится на две части. Одна топает за мной, вторая сворачивает в левый коридор.
— На рожон не лезть, если встретите слишком сильного врага, отступаем на исходную, — отдаю последнее общее распоряжение.
Туннель из которого выползла сороконожка становится все шире. Если в начале даже вдвоем было тесновато, то уже через полтора-два десятка шагов и вшестером не мешали б друг другу. Туннель длинный. По крайней мере, насколько позволяет разглядеть тусклый, красноватый свет, он никуда не сворачивает. И врагов не видно…
Только подумал о врагах, как один из орков вскрикивает от боли и замертво валиться на землю. Не видя опасности, отряд сбивается в кучу и, ощетинившись ятаганами и арбалетами, настороженно оглядывается вокруг.
Никого… Осматриваю павшего — никаких видимых ранений. Снова вскрик, и еще один орк бьется в конвульсиях.
Да что ж такое… Что за невидимка на нас напал?
И тут чувствую удар в ногу. Вернее, в сапог… Гляжу вниз и успеваю заметить, как один из булыжников, которыми густо усыпан пол туннеля, втягивает в себя длинное щупальце.
Обычная с виду каменюка, ну, может чуточку побольше остальных. Ан, нет. Есть отличие. В отличие от прочих, на нем словно кто-то иероглиф выцарапать пытался.
Пока разглядывал, «булыжник» снова попытался меня ужалить, но сапог и во второй раз выдержал. Зато я, уже зная, чего ожидать, успел махнуть мечом и отрубить часть стрекала. А потом пинком отправляю «камень» подальше.
— Внимание! Всем смотреть под ноги! Камни с рисунком ядовитые! Выйти вперед тем, кто в сапогах.
