— Угощайтесь…
На какое-то время в хате воцарилась тишина, перебиваемая лишь плямканьем и причмокиванием.
— Ну, что нового деется? — первым оторвался от трапезы староста.
— Да все по старому, Титыч.
— А вот тут не соглашусь… — помотал тот головой. — Мы хоть и на куличках проживаем, а все ж не в пуще. Кое-какие новости и до нас доносятся.
— И что ж такого интересного вам сороки на хвосте принесли?
— Да, бают, битва недавно суровая была. Гномы да орки с кем-то под землей схлестнулись. Крепко схлестнулись… Многие там и остались… — с хитрецой поглядел на меня и продолжил. — А еще эээ… те «сороки» поговаривают, будто водил их туда человек, которого орки своим вождем признали? Не знаешь, часом, об ком это они стрекочут?
— Не стоит верить всему, что говорят, — отмахнулся я небрежно. — Да и какой людям от того прок, чтобы голову забивать? Воюет нелюдь промежду себя — нам только польза. Верно?
— Это да… — вздохнул староста. — Истинно так. Замучились уже с нелюдями… Одно беспокойство.
— Эй! Ты о чем сейчас? — я даже недонесенный ко рту вареник обратно в тарелку положил. — Неужто, гоблины уговор нарушили и опять дань требуют?
— Нет, — староста мотнул головой. — Спасибо тебе, Влад Твердилыч, с гоблинами у нас тишь да гладь. Ушли они с наших мест и больше не суются. Другая у нас забота…
— Так сказывай… что мне клещами из тебя каждое слово тянуть?
Староста как-то неуверенно заерзал, видимо, решал: говорить или нет, — и решился.
— Помнишь того тролля, которому мы занозу из задницы вытащили?
— Еще бы… — усмехнулся я. — Как не помнить… Ведь без его помощи не отвоевать бы нам у гоблинов деревню. А что?
— Да озорует, стервец…
— Ну-ка, ну-ка… поподробнее?
— Взял себе за привычку являться к нам не реже чем раз в седмицу и требовать угощения…
Помня аппетит Хозяина, я сочувственно покивал. Хотя… Не так уж и сложно накормить тролля. Ему ж без разницы что жрать, лишь бы побольше.
— Да это б полбеды, — тут же ответил моим мыслям староста. — Десяток головок капусты да пару караваев уж как-нибудь нашлись бы. Но ему очень уж молоко понравилось. И как-то разузнав, что его коровы дают, он уж несколько раз пытался сам его раздобыть…
Представив себе тролля с подойником, я не сдержался от смеха.
— Звучит смешно, — кивнул хмуро Титыч. — А на деле — сплошное разорение. Он уже трех коров раздавил, пытаясь выдавить из них «коровий сок». И не унимается… Давеча едва успели поднести ему пищу раньше, чем он корову поймал. Теперь, как стадо на выпас, так подпаскам мешок капусты и хлеба тащить приходится.
— Понятно… — вернулся я к вареникам. — Не журись, Титыч. Это дело поправимое. Заберу его с собой…
— Опять уходишь? — сплеснула в ладоши Листица. — Едва порог переступил, и дня не побыл?
— Не сегодня… Сегодня отдыхаем, — успокоил я хозяйку. — Завтра поутру пойдем. А тролль здесь?
— Пока не было, но по времени — вскоре должен объявиться. Четыре дня не было его, стало быть — не сегодня, так завтра можно ждать.
— Добро. Как появится — дай знать. Уведу от вас напасть.
— Может, баньку затопить, Влад Твердилыч? — отчего-то зарделась моя хозяйка.
— И то верно, — поддержал ее староста. — Гостей твоих, — кивнул на Тима и Тень, — я к себе заберу. Чай, найдем о чем побеседовать. А ты попарь косточки, отоспись… А если тролль заявится — не обессудь, позову.
— Добро… В баньку так в баньку…
Староста вылез из-за стола.
— Ну, что, гости дорогие? Спасибо этому дому — пойдем к другому? О варениках не печальтесь. Моя хозяйка тоже что-нить вкусненькое приготовит. Голодными не останетесь.
— Ну, что ж… Почему бы и нет? — Тень толкнул Тима в бок локтем и поднялся. — Спасибо за приглашение… в долгу не останемся. Это из Влада лишнего слова не вытянешь, а мы с Тимом поговорить любим. Так что за угощение расплатимся. Да?
Маг задумчиво поглядел на него, потом на меня с Листицей и кивнул.
— Да… поговорить любим… Пойдем…
Дождавшись, как эта троица выйдет за дверь, Листица бросилась ко мне с объятиями и поцелуями.
— Где ж ты пропадал, Владушка? — всхлипнула. — Я уж все глаза проглядела? И думать не знала что… Ушел и как в воду канул?
— Ну-ну… будет… чего ты? Вернулся же… живой, здоровый… зачем плакать-то?
— Это от радости… от счастья… не обращай внимания… у нас — баб, глаза завсегда на мокром месте… Ой, да ты ешь, ешь… что ж я…
Увы, моему желанию прижать девушку покрепче да усадить на колени, не суждено было сбыться… Только-только обнял за стан да потянул к себе, как дверь в хату опять распахнулась, впуская внутрь старосту.
— Накликали, Влад Твердилыч… Не обессудь… — отрывисто произнес, запыхавшись. — Подпасок прибежал. Тролль снова объявился…
— Ничего страшного… Листица, ты баньку готовь. Я самое позжее через час вернусь, тогда и договорим. Хорошо?
— Как скажешь… — Листица обожгла взглядом старосту, но и только. Понимала, что тот не по своей охоте пришел. — И баньку затоплю, и еще вареников налеплю…
Далеко идти не пришлось. Только на подворье вышел, как тролль показался на краю села. Увидел меня и аж подпрыгнул:
— Дарящий Имя! Ты?!
— Я, дружище. Я… А тебя каким ветром занесло?
