— Возможно, это выглядит глупо… — в конце концов отозвался эльф. — Но у меня нет выбора. Если старейшины узнают, что мы видели лук Эльдаира и не попытались забрать его — нас выгонят из общины. А чем жить с таким позором, лучше умереть.
— Умирать не надо… — отвечаю серьезно. — Смерть не тот игрок, с которым стоит играть в поддавки. И если лук этого Эльдаира действительно так важен для эльфов — мы можем вам его отдать. Но не под угрозой, а как добрым приятелям. Которые, при случае, ответят такой же услугой. В общем: заплатим добром за добро…
Эльф снова задумался, потом опустил лук, снял с тетивы стрелу и сунул ее в колчан.
— И чего же ты потребуешь взамен, человек?
— Да так… пустячок…
Я и в самом деле понятия не имел, что сказать. До сих пор эльфы не входили в круг моих интересов, и я не знал о них ровным счетом ничего. Кроме того, что они долгожители, с другими расами почти не общаются и из своего леса практически не показываются. А те, кто без спросу суется на территорию эльфов, как правило, исчезает бесследно.
— Гм…
Вопросительно поглядел на товарищей. Подтянулись, готовые в любую секунду отпрыгнуть подальше от костра и молчат, как воды в рот набрали. О-хо-хо… Все самому приходится делать. Но боя не допущу. Хватит с нас… Победят эльфы или нет — конечно же, вопрос. Но ранить, а то и убить кого-то могут. Темнота их союзник.
Эльф ждет. Не торопит…
Что же попросить взамен? Плохо, Влад, плохо… Надо получше матчасть учить. Ладно… На безрыбье и рак щука. Как говорится, хода нет — ходи с бубей.
— Я отдам вам лук, — сочиняю на ходу, — а вы поклянетесь, что если возникнет надобность, пропустите меня и моих людей через ваш лес. А еще лучше — проведете до нужного места кратчайшим путем.
— Что ж… думаю, это возможно, — довольно быстро отвечает эльф. Похоже, он ждал от меня какого-то более сложного условия. — И чем мы подтвердим сделку?
— Уверен, что твоего имени и рода будет вполне достаточно, — вместо меня отвечает Тим. За что я ему весьма благодарен.
Эльф еще какое-то время размышляет, потом кивает.
— Хорошо… Будь по вашему. Я — Амальдин сын Умарита из рода Клена даю слово, что человек… — тут он вопросительно смотрит на меня.
— Влад Твердилыч…
— … что человек, называющий себя Влад Твердилыч, — продолжает эльф, — может один раз беспрепятственно пройти через Великий лес сам или в сопровождении отряда… не более полусотни.
Размер отряда я не уточнял, но подобное ограничение имеет смысл. Мало ли что взбредет мне в голову. Возьму и заявлюсь к эльфам с целой армией. Но раз уж он так тщательно подбирает слова для соглашения, я сделаю так же.
— И провести к цели кратчайшим путем.
— Да, — соглашается эльф. — Забыл. И провести к цели кратчайшим путем, если такой будет нам ведом.
От же ж буквоед… Налоговиком бы тебе работать. Вмиг государство б обогатилось.
— По рукам? — подаю эльфу открытую ладонь.
— Договорились… — Амальдин жмет мою руку.
— Тень… отдай ему лук. Тебе он все равно без надобности. Ты же не лучник. Да и все остальные тоже.
Рейнджер молча снимает с плеча лук и протягивает эльфу.
Только Захирд не выдерживает и спрашивает:
— Он и вправду так важен для вас?
— Не менее чем для тебя наковальня Тора… — Амальдин кивает на тролля, держащего в руках реликвию гномов. Бережно берет лук, делает шаг назад и исчезает в уже окончательно сгустившейся тьме.
— Доброй ночи… — доносится с ветром его голос. — Да сопутствует вам удача.
— Надеюсь, больше не увидимся, — бормочет гном. Потом поворачивается ко мне. — А ты не продешевил, Влад? За реликвию можно было с длинноухих побольше содрать.
— Скупой платит дважды… — отвечаю глубокомысленно. — А еще говорят, что синица в руке дороже журавля в небе.
— Все такие умные, — ворчит Захирд, — даже за водой послать некого… — потом втягивает ноздрями воздух и бросается к костру. — Да чтоб вам даже в ствол столетнего дуба не попасть из вашего лука! Мясо! Мясо почти сгорело!
Оставленные без присмотра заячьи тушки и в самом деле изрядно пережарились с одной стороны.
— Не страшно, — рассудительно машет рукой Тень. — Что подгорело троллю сгодится, а завтра я свежей дичи набью. Она тут совершенно не пуганая. Хоть голыми руками лови.
— Вот и славно, — подвожу черту под очередным приключением. — А теперь — жрать и спать. Утро вечера мудрее…
— Жрать хорошо… — поддерживает меня тролль, по прежнему не выпуская из рук наковальню.
— Значит, хотите снова туда? — медленно роняя слова переспросил седой, как лунь, без единого темного волоска в бороде, старейшина. Он сидел за тяжелым, сделанным из мореного дуба столом, положив на столешницу большие, мозолистые руки, и в полутьме комнаты казался придвинутым к столу комодом.
Гном смотрел на меня так, словно приценивался к хорошей вещи на рынке, когда понимаешь что работа отличная, но цену объявили слишком большую.
— Хотим…
