Здесь была богатая обстановка, стояли редкие цветы, везде были постелены яркие ковры, а стены были украшены картинами. Мы зашли в одну из дверей, я оценила дорогую бархатную мебель, блестящие атласом шторы, шкафы из какого-то дорогого дерева, наверное, дуба и двери с лепниной и мозаикой.
Это, действительно, были королевские покои. Около двери в другую комнату стоял высокий широкоплечий мужчина с выбритыми висками и хвостом темным волосы сверху. Его ухо украшало несколько серебряных колечек, а зеленые глаза смотрели насмешливо.
— Канг, это Рейни, — представил Эндари. — Рейни, это Канг — один из моей команды.
Я кивнула в честь знакомства, и подчиненный Эндари тоже.
— Проходите, он ждет.
Я с буйно бившемся сердцем подошла к двери и закусила губу. Почувствовала, как рука Эндари погладила меня по плечу, легко, успокаивающе и подбадривающе. Несмотря на недомолвки, он все равно продолжал быть рядом, старался быть опорой, даже если я делала вид, что она мне не нужна. Я слегка обернулась и улыбнулась одними уголками губ.
— Не переживай.
И мы зашли в спальню.
На кровати лежал король, глаза его были закрыты… а грудь не поднималась. Он не дышал. Он был похож на смертельно уставшего человека, который даже в своей смерти не нашел покой.
Я прикрыла рот рукой, задерживая дыхание от волнения. Растерянно стала осматриваться и поняла, что здесь присутствуем не только мы втроем и умерший король. Но и еще один молодой человек.
Он сидел на стуле, сплетя пальцы и облокотившись на руки. У него были иссиня-черные волосы, заплетенные вдоль головы плотно прилегающими косичками до шеи. На шее сверкала золотая цепочка, а руки были в перстнях. Одет он был в золотое и зеленое, очень дорогое.
— Ваше высочество, — кивнул Эндари.
Он встал со своего стула и осмотрел нас, задержав взгляд на мне.
— Доброй ночи, Рейни, если ее можно назвать доброй. Меня зовут Шафран, я старший сын ныне покойного короля. Полагаю, ты догадываешься, зачем ты здесь.
Я растерянно моргнула и кивнула в знак согласия.
— Полагаю, ты намеренно утаила полные знания о проклятии от короля и согласилась на его условия.
— Верно, выше высочество. — Я была вежливой, с принцем у меня не было личных счетов.
— Почему?
— Сложный вопрос, простите меня. Поддалась эмоциям.
— Не самое разумное решение, зная, что на нем закончится жизнь.
— Я много чего делала неразумного, — усмехнулась я и покосилась на Эндари. Он продолжал стоять рядом стеной, готовый прыгнуть вперед и, если что, закрыть меня от опасности.
— Я расшифровал записи клана Никас, когда они к нам попали.
— Быстро, однако, — ответила я, но тут же спохватилась. — Простите, ваше высочество. Удивлена.
— Все в порядке. — Он выглядел так будто его совершенно не волновали нормы приличия и светского этикета, он был больше похож на… солдата? Нет, ассасина. — Не только мой отец торопил перевоз вашей реликвии. Нас, по правде говоря, интересовали больше книги. Я засылал шпионов в музей Нуринии. Правда однажды его засекли.
— И произошел взрыв?
— Да, произошел бой с охраной, в результате которого был разбит ящик с химикатами.
Я сделала вдох и просчитала до десяти. Эта неаккуратность могла стоить Николетт жизни. Выдохнула, призывая себя к хладнокровию.
— Так что, — продолжал принц. — Мы кое-какую информацию получили раньше, а когда уже на руках оказалось, то все расшифровали почти сразу.
— Почему не сказали отцу?
— Были не уверены, но твои слова подтвердили.
— Какие именно?
— О том, что королю уже не помочь. И тогда все встало на места. Проклятие передается в роду по мужской линии, отравляет организм, и даже если снять его, то процесс может стать не обратим, и снятие проклятия с него не снимает проклятие с его потомка. Верно?
— Да, ваше высочество.
— И смертью оно не снимается.
— Тоже верно.
— Его можешь снять только ты. И если бы ты добровольно сняла его с его величества Зирана, он бы все равно умер, прожив чуть дольше, но мне бы…
— Оно не помогло, — закончила я его мысль. — Да, проклятие еще нужно было бы снимать с вас пока оно не набрало силу и не перешло бы вашим детям.
— То есть, даже если бы ты не умерла. Мы бы имели тупиковую ситуацию. С короля снимаем проклятие, но он продолжает жить умирая, и только, когда он умрет можно снять проклятие с меня, когда оно перескочет.
— Верно.
— Догадываешься, что здесь произошло?
— Вы убили вашего отца?
— Считаешь меня убийцей?
— Не знаю, может быть вы просто его сын.
— Я с ним поговорил, он согласился, но отчасти. Хотел еще побольше времени. Но… я догадывался, что ты не будешь помогать и предпочтешь умереть, если он будет жив. Я лишь забрал у него время, пару недель или сколько он там просил. Он выпил слишком сильное снотворное, организм с ним не справился.
— Он просто уснул? — спросила я тихо.
— Хотела бы вогнать в него кинжал? Сожалею, но все-таки, он мой отец, каким бы он ни был человеком и правителем, я не мог допустить для него такой смерти. Но…
— Но?
— В темнице ждет Фелор тебя, если ты захочешь.
— Подкупаете меня кровью? — усмехнулась я.
