- Ваш диалог был весьма познавателен, - разрушил я затянувшуюся неловкую паузу. – Всегда лучше знать больше, чем меньше. Но ваши личные отношения, как я давно успел убедиться, давно зашли в тупик. Давайте их там и оставим – в тупике. Ты, несомненно, отвратительный отец, Эоанит. Ну да Фласэз тебе судья. Возможно, в вашем мире даже таких отцов называют «отцами»... Но я бы всё же посоветовал тебе прислушаться к словами дочери. Не стоит испытывать анирана, а стоит ему помогать.
- Об этом я подумаю на досуге, - Эоанит усмехнулся так, будто думать об этом совершенно не собирался. – Но я устал с дороги. Хотел бы отдохнуть. Ведь нас всех ждёт много работы в приближающиеся рассветы. Всего хорошего.
- Ваше Святейшество, - окликнул я, лишь Эоанит отвернулся. И добавил многозначительно. – Если я узнаю, что ты хоть как-то причастен, пощады не жди.
- Не узнаешь, - отбил мячик ракеткой Эоанит. – Ибо это не я.
- Уверен, приближающиеся рассветы помогут рассеять тьму. Ну а пока – добро пожаловать домой. Теперь ты под присмотром посланника небес. А значит, покидать Обертон тебе запрещено. Наслаждайся одиночеством в храме.
Эоанит наградил меня многообещающим взглядом. Но так ничего не сказал. Повернулся и направился к святым отцам, которые смиренно ждали его в отдалении.
Оставив за собой последнее слово в схватке с безжалостным хищником, я почувствовал себя куда лучше. А потом перевёл взгляд на стоявшее рядом со мной травоядное.
- Злишься на меня? – «травоядное» боялось поднять глаза.
- Нет, - сказал я чистую правду. – Не люблю, конечно, когда водят за нос. Но всё же ничего страшного не произошло, - при этих словах Мириам вздрогнула, ведь, по её разумению, страшное всё же случилось – она так и не смогла зачать. – Просто всегда держи меня в курсе. Всегда говори правду, как бы тяжело тебе не было.
- Тогда позволишь дать тебе совет?
- Прямо здесь? В святом храме?
Но Мириам не поддержала мою весёлость.
- Уверена, отец меня не послушает. Он никогда не склонит перед тобой голову. Поэтому тебе надо подумать над его устранением.
Я нахмурился: прямо здесь и прямо сейчас она собирается подбивать меня на убийство собственного отца?
Но всё оказалось немного не так.
- Главой церкви становятся не благодаря кровной линии. И верховную тиару не передают детям по наследству. Первосвященник – не монарх. Он – выборный. А значит, у тебя есть возможности для манёвра. Я в этой кухне разбираюсь. Поэтому посоветовала бы созвать конклав. Созвать святых отцов – первосвященников, эстархов и триархов, - где они на вполне законных основаниях изберут нового Первосвященника Астризии. Смекаешь? Такого, кто выгоден тебе, аниран. Например, эстарха Эриамона.
По правде говоря, о таком развитии событий я не думал. Да и не до этого мне было много-много дней подряд. Но идея Мириам, в принципе, выглядела годной. Усадить Эриамона на церковный трон было бы весьма неплохо. Не знаю, желал бы он такого, но я бы не отказался. Всё же этот человек давно смотрит на происходящие события моими глазами. А значит, и на будущее, которое пытается построить аниран.
Но для начала не мешало бы поинтересоваться у него самого. И, как минимум, задать два вопроса: готов ли он пойти на повышение и променять серебряную тиару на золотую? И что, по его мнению, на это скажет Эоанит? Ведь лишь дурак поверит в то, что Эоанит добровольно сдаст полномочия. Скажет «не шмогла я, не шмогла» и удалится. Скорее, он зубами вцепится в своё тёплое кресло и заставит всё ещё верных храмовников обнажить мечи. А это, как я уже говорил, означает религиозную гражданскую войну. Чего бы я очень-очень не хотел.
- Я поговорю с ним, - пообещал я Мириам. – Твоя идея мне нравится. Ну а тебе, в свою очередь, не мешало бы подумать, к каким последствиям твоя идея может привести.
Мириам вздохнула и посмотрела мне прямо в глаза.
- Просто никогда не будет. По крайней мере, пока мой отец жив. Но, может быть, он всё ещё готов следовать букве закона.
Тогда я ей не ответил, потому что был уверен, что даже на церковные законы Эоанит плевал с высокой колокольни. Власть у него можно вырвать только с мясом.
Из дебрей неприятных воспоминаний я выбрался лишь тогда, когда расслышал, как кто-то зовёт меня по имени.
- Аниран… Иван… Милих! - стоявший рядом Сималион тряс меня за руку. – Зовут тебя. Пора сказать пару слов.
Я не сразу понял, чего он от меня хочет. Разобрался, лишь когда в очередной раз осмотрел забитый народом Храм Смирения и увидел, как Эоанит, экипированный в свои шикарные церковные одежды, указывает на меня рукой. А затем прошёл через узкий коридор расступающихся в стороны людей.
