Так что заранее решил, что влюбляться ни в кого и никогда не собираюсь, а ярмо, раз уж его не избежать, постараюсь надеть как можно, как можно позже. Разумеется, драконят наделать придётся. Мои сёстры, как подрастут, будут отданы в другие кланы. Так что продлить древний и могучий род Чёрных драконов – мой священный долг. Долг, который ляжет исключительно на мои плечи. После смерти матери отец так и не нашёл подходящей кандидатуры на роль второй жены. Чтобы не разбавлять кровь и не ослаблять магический потенциал наследников, это должна была быть очень сильная семья. В его поколении таких невест не нашлось. Так что он мне вдалбливал, что это будет моя обязанность.
Когда-нибудь.
Если ты совсем юный дракон и кровь кипит в жилах, а ветер гуляет в башке, кажется, что это «когда-нибудь» наступит ещё очень не скоро. Так что я с головой окунулся в «тренировки». Благо, с человеческими девушками в Тёмных землях это было вполне безопасно, они всё равно не могли бы нарожать бастардов от дракона. И пользовались этим очень даже охотно. С радостью падая в руки единственному наследнику своего лорда.
В общем, к восемнадцати годам, когда я возвращался в Башню Баланса в последний раз в качестве ученика, я уже был вполне опытным и в чём-то циничным. И решил, что теперь-то мне чары ледяной стервочки не грозят. Пусть себе влюбляется в кого угодно. Стану любоваться ею издалека. А если ей удастся в конце концов загнать свою добычу в угол и заарканить Водного, пожалуй, ещё и посмеюсь его глупости. К этому всё шло. На ком ещё жениться, как не на сестре единственного «лучшего друга»? Для Дана это был бы самый логичный выбор.
В моё последнее лето в Башне я летел туда не спеша, и ветер гудел под тугими взмахами могучих крыльев. Моя драконья ипостась тоже входила в полную силу, я наслаждался каждым мгновением полёта над бесконечным Океаном. Очень скоро мне уже доверят полёты в Саар. Я ожидал с нетерпением.
Я летел всю ночь. Любил летать в темноте, сливаясь с тьмой, растворяясь в материнской стихии своего Клана. Но сейчас занимался рассвет.
Верхушка Башни была скрыта за облаками.
А когда они разошлись… в первых солнечных лучах мелькнуло текучее серебро. Отражая розовые блики.
Гибкая Ртуть – виверна Алиссандры. Она серебряной молнией мелькала в туманной дымке впереди, прямо по моему курсу. То взлетала выше, то пикирующим соколом падала вниз, сложив грациозные крылья. Скользила у самой кромки воды, едва касаясь острым концом крыла солнечной дорожки. Взрывая буруны волн.
На её спине застыла белоснежная фигурка. Как она не боится?
Как вообще хрупкая девушка может доверить жизнь этому зверю, положиться на силу чужих крыльев, рискнуть отправиться в полёт, зная, что стоит свалиться со спины виверны, и ты камнем рухнешь вниз, разобьёшься насмерть с такой высоты?
Я залюбовался.
Это было слишком красиво. Отчаянная она, всё-таки. Алиссандра.
Она меня заметила в конце концов, конечно же.
Я едва успел уйти от столкновения, когда Ртуть вынырнула из облаков почти под моим брюхом. Драконьим зрачком впился в раскрасневшееся от полёта лицо девушки в ореоле светлых кудрей, которое оказалось совсем близко.
Вряд ли можно было стать ещё прекрасней за год. Но Лиссе это как-то удалось.
Гигантское сердце внутри меня бухнуло о стенки грудной клетки. Пасть наполнилась слюной. Я невольно обнажил гигантские клыки. Захотелось стащить хрупкую фигурку со спины виверны. Унести куда-нибудь. И показать этой кокетке, что бывает, если дразнить Дракона. Я преградил путь её виверне, заслоняя Башню чёрными крыльями.
Мне кажется, Алиссандра что-то почувствовала. Мы не люди. Мы драконы. Очень многое в нас происходит инстинктивно. И мы можем ощущать многое на физическом уровне, что недоступно обычным людям.
В том числе чужое желание.
На её щеках вспыхнули алые пятна. В огромных сапфировых глазах загорелся гнев.
- Дай пройти, придурок! – закричала она, перекрикивая ветер, который тут, в вышине, уносил звуки в сторону. – Я уже надеялась, что этим летом ты вообще не прилетишь! Опоздал на целых пятнадцать дней! Сойфер на тебя ужасно злится.
Она считала. Ты ж моя лапочка.
Мой Дракон довольно осклабился. Щёлкнул кинжалами клыков. Гася рвущееся из груди пламя – жаркое, как лава в недрах Карракиса.
Я ткнулся плечом в её виверну. Из самого моего нутра вырвался странный звук, напоминающий кошачье мурчание, усиленное раз в сто. Даже не знал, что так умею. Всё-таки, рядом с Лиссой я стремительно становлюсь идиотом всякий раз. И ничего не могу с собой поделать.
Если уроню – поймаю.
- Прекрати, балбес! – зарычала Лисса.
А всё-таки жаль, что наши женщины не могут обращаться в драконов! Из неё получилась бы великолепная свирепая зверюга.
Не то, что её Ртуть, зашуганная хозяйкой и испуганно косящаяся на меня бледно-голубым глазом.
Я потянулся длинной шеей и щёлкнул зубами рядом с Лиссой. Сделал вид, что хочу стащить её со спины виверны. Случайно зацепил край платья. Он запутался за клык. С треском продралась дыра в серебряной парче.
Вот это я зря.
Этого мне Лисса точно никогда не простит.
