Остаток пути мы проделали в молчании. Лэр Деймер смотрел прямо перед собой, оставив меня наедине с невеселыми мыслями. Я не хотела обидеть его – наоборот, все то взрослое, рассудительное, вдумчивое, что было в нем, восхищало меня задолго до того, как по милости Красса мы выпили зелье «Жгучей страсти», – но, кажется, все же обидела.
Мне было до ужаса стыдно.
Мобиль мягко затормозил на гравийной дорожке у подъезда к особняку. Лэр приглушил мотор, но отчего-то не спешил выходить наружу. Я напряженно застыла. На одну долгую, почти бесконечную секунду мне показалось, что он высадит меня здесь, развернется и уедет прочь, чтобы больше не возвращаться, пока Красстен не приедет с антидотом.
Лэр Деймер обернулся ко мне. Сердце сдавило от глухой тоски – как будто сейчас мы действительно должны были расстаться навечно.
– Простите меня, – выпалила я прежде, чем он заговорил. – Я наговорила глупостей. Поверьте, я не хотела вас обидеть.
– Ты меня не обидела, – ровно и отстраненно ответил он. – Мы очень разные – это правда.
– Просто… – я сцепила руки в замок. В голове все смешалось, отчаянно не хватало смелости и недавнего красноречия. – Понимаете, просто… вы невероятный мужчина. Вы многого добились, и главное, вы не просто занимаете высокое положение, а по-настоящему меняете жизнь людей к лучшему. Я восхищаюсь вами. Наверное, всегда восхищалась – и всегда немного побаивалась. Ведь, знаете, мэр Хелльфаста и глупая провинциалка… смешно. Но вы помогаете мне, хотя могли бы просто оставить здесь одну или выставить прочь. Возите на мобиле, кормите очень вкусными завтраками, – лэр еле заметно усмехнулся, но уже без прежней холодности, и я обрадовалась этому, как девчонка. – Вы умный, внимательный, целеустремленный. И… очень привлекательный. Любая может только мечтать о таком… мужчине.
– Но я не Красстен.
Его слова привели меня в замешательство.
– Красс? – совершенно искренне растерялась я. – А при чем здесь он?
Да, Красстен тоже был по-своему очарователен в своей непосредственности и увлеченности, подчас граничащей с безумием. И он нравился мне – как друг – поскольку я всегда подсознательно понимала, что мы с ним не сможем быть вместе. Не столько из-за разницы в положении, хотя это, конечно, тоже имело значение, сколько потому, что для совместной жизни он был совершенно не приспособлен. Честно сказать, я всегда хотела видеть рядом с собой кого-то, похожего на отца: спокойного, надежного, готового во всем быть поддержкой и опорой. Красс же был совсем другим.
А лэр Деймер…
– Нет, – покачала головой я, отвечая самой себе, – нет никакого «но». Вы потрясающий мужчина, и то, что вы не Красс, делает вас только лучше… для меня. С Крассом весело, но рядом с вами… рядом с вами я, кажется, просто схожу с ума.
Пристальный взгляд лэра Деймера, верно, заметил все: и легкий румянец, и сбившееся от откровенного признания дыхание, и гулко стучащее сердце. И все условности вдруг рассыпались в прах, сожженные ярко-синим пламенем свейландских глаз.
Он наклонился ко мне – медленно, неотвратимо – и я, словно завороженная, не смогла отвести взгляда от его губ. Зелье бурлило в крови, заставляя страстно желать этого поцелуя, и сейчас я впервые не хотела сопротивляться «Жгучей страсти». Я повернулась, призывно разомкнув губы…
Резкий щелчок замка привел меня в чувство. Лэр отстранился, так и не коснувшись меня, кивнул на распахнутую дверь мобиля.
– Поднимайся к себе, Маритта, – голос его прозвучал глухо и хрипло. – И, пожалуйста, запри свою спальню.
– Что?
– Замок, – пояснил он. – Запри сегодня ночью дверь спальни, хорошо?
Не дожидаясь моего ответа, лэр первым вышел из мобиля и быстрым шагом направился к дому.
Я долго смотрела ему вслед. Внутри плескалась совершенно неуместная радость от того, что сегодня он снова ночует здесь – со мной.
Поднявшись наверх, я провела пальцами по защелке на двери. Надо было закрыться… лэр Деймер просил… но…
Повинуясь внезапному шальному порыву, я оставила дверь приоткрытой.
Ночной полумрак мягко обволакивал комнату. Покачивались от легкого сквозняка тонкие шторы. За распахнутым настежь окном стрекотали сверчки, меж ветвей деревьев мерцали тусклые зеленые точки светлячков, навевая воспоминания о таинственной подземной пещере троллей.
Летняя ночь была упоительно прекрасна, но я едва замечала ее красоту. Сердце стучало, как безумное, обнаженная кожа под тонкой простыней горела. Взгляд мой был неотрывно прикован к тонкой темной полоске коридора, видимой за приоткрытой дверью. Я боялась отвернуться, боялась закрыть глаза хоть на мгновение и упустить момент, когда прямоугольник двери дрогнет, открываясь шире, и на пороге возникнет высокий мужской силуэт.
Все это – незапертая спальня, обнаженное тело, горячее и напряженное, едва скрытое тонкой тканью, нервное ожидание – сводилось лишь к одному. Я хотела, безумно хотела, чтобы лэр Деймер исполнил свою невысказанную угрозу. Хотела, чтобы он пришел ко мне. И…
