Оба не смогли сдержать улыбки, и впервые между ними возникло нечто вроде взаимопонимания. Каждый молча переживал это новое чувство единения и доверия. Странное ощущение, будто ты после долгих лет разлуки встретился с кем-то родным и близким.
Наконец Элиот прервал молчание:
– Как вам это удается?
– Перемещение во времени? Ты не поверишь, но я понятия не имею.
– Да ну?
– Ну да…
Элиот закурил. В голове у него все смешалось.
– И как там, в будущем?
– Ты имеешь в виду две тысячи шестой год?
– Да…
– Что именно тебя интересует?
У Элиота было много вопросов. Например, такой:
– Как вообще обстоят дела в мире?
– Не лучше, чем сейчас.
– Холодная война…
– Давно закончилась.
– И кто победил, мы или русские?
– Все не так просто…
– А третьей мировой не было?
– Нет, зато появилась куча других проблем: экология, терроризм, последствия одиннадцатого сентября…
– Одиннадцатого сентября?
– Одиннадцатого сентября в Мировом торговом центре Нью-Йорка произошло нечто… непредвиденное.
– Что именно?
– Послушай, я не думаю, что должен тебе об этом рассказывать…
Элиот стал поспешно задавать другие вопросы:
– А как дела у меня?
– Неплохо.
– Я стану хорошим врачом?
– Ты уже хороший врач, Элиот.
– Нет, я хотел спросить… стал ли я солиднее? Привык ли к тому, что пациенты умирают? Научился ли принимать это не так близко к сердцу?
– Нет, к смерти пациентов нельзя привыкнуть. И ты остался хорошим врачом именно потому, что близко к сердцу принимаешь чужие страдания.
Элиот был так взволнован, что несколько секунд не мог говорить. По спине у него пробежали мурашки.
– У меня есть дети? – его голос дрогнул.
– Дочь.
– А… – протянул он, не зная еще, радоваться или нет. – И как, я хороший отец?
– Думаю, да.
– А Илена? Как она?
– Ты задаешь слишком много вопросов.
– Но вы же знаете все ответы!
– Если бы…
Он сделал глоток пива и достал из кармана пачку «Мальборо».
– Вот ваша зажигалка, – сказал Элиот, отдавая ее двойнику.
– Оставь ее себе. Рано или поздно она все равно станет твоей.
В глубине зала музыканты начали играть «Yesterday». Хороший повод спросить о том, что не так уж важно:
– Какую музыку слушают в будущем?
– Не лучше, чем эта, – заверил его двойник, постукивая ногой в такт.
– Они опять объединились?
– Кто? Битлы? Нет, и вряд ли смогут это сделать: Леннона убили, а Харрисон умер два или три года назад.
– А Маккартни?
– Этот жив и здоров.
Голоса вокруг стихли, началось представление. Элиот и двойник повернулись к бассейну с касатками.
– Илена там? – спросил двойник, разглядывая дрессировщиков.
– Да, она заменяет одного из мужчин.
– Послушай, я не могу остаться надолго и через несколько минут опять исчезну. Ты уж не обижайся, но все оставшееся время мне бы хотелось смотреть только на нее.
Не понимая, что именно имел в виду двойник, Элиот смотрел, как тот вышел из кафе и пошел вниз по ступенькам.
Элиот спустился по проходу до первого ряда. Огромный бассейн был разделен на три секции – главную и две дополнительных (одну для кормления китов, а другую для тренировок).
Зрелище было впечатляющим. С поразительной грацией шесть касаток, по нескольку тонн каждая, с легкостью совершали прыжки, повороты и всевозможные трюки. Но Элиот смотрел только на Илену, которая управляла этими огромными морскими животными.
Увидеть ее через столько лет было для Элиота настоящим потрясением. Она снова поразила его своей ангельской красотой. Тридцать лет он видел ее только на фотографиях, да и тех было не так много. Но фотографии – это ведь всего лишь бумажки. Элиот был ослеплен ее живой улыбкой, блеском глаз, гибкостью движений.
И к нему снова вернулось все: раскаяние за то, что он недостаточно сильно любил ее, за то, что не смог ее понять и уберечь, ярость и чувство бессилия от того, что приходится подчиняться судьбе и времени, которое разрушает все…
Все еще под впечатлением от разговора, Элиот сидел не двигаясь, а его старший двойник смотрел спектакль с первого ряда амфитеатра.
Эта встреча только разожгла его любопытство.
Увидев, что гость из будущего забыл на спинке стула пиджак, Элиот решил обшарить его карманы. К своему удивлению, он не чувствовал ни стеснения, ни стыда: чрезвычайные обстоятельства – чрезвычайные меры. В пиджаке двойника он нашел бумажник и две маленькие коробочки.
В бумажнике не было ничего интересного, кроме фотографии девушки лет двадцати.
«Это моя дочь?» – подумал Элиот. Он попытался найти в ней сходство с Иленой, но не смог. Девушка была очень хороша собой, но не похожа на Илену. Он убрал фотографию на место и стал рассматривать два других предмета.
Первый был похож на коробочку с маленьким экраном и кнопочками, на которых были написаны цифры. Над экраном была надпись «NOKIA», но это ему ни о чем не говорило. Наверное, название фирмы, которая производила эти аппараты. Элиот крутил ее в руках, не понимая, как эта штука работает, как вдруг она зазвонила. Немало удивившись, Элиот положил предмет на стол, не зная, как его отключить.
