На следующий день после приезда Грейс села в машину и отправилась в Питтсфилд. Там она оставила автомобиль в подразделении агентства, а потом купила у них же одну из старых, подержанных машин. Договориться о приобретении этого транспортного средства не составило труда. Автомобиль марки «Хонда» был неприметным и лишних взглядов не притягивал. Раньше у Грейс своей машины не было – равно как и желания ее приобретать. Потом они с Генри поехали в аутлет рядом с Грейт-Баррингтоном и купили теплые одеяла, зимнюю обувь и какое-то особое белье с длинными рукавами и штанинами – должно быть, такое носят лыжники. В «Хоум Депот» Грейс отыскала обогреватель. Продавец клялся, что модель совершенно безопасна. На всякий случай Грейс купила еще и шприц для уплотнения швов, хотя была не уверена, что сумеет разобраться, как пользоваться этой штукой. В любом случае пользы от нее, скорее всего, будет мало.
Потом они с Генри поехали в супермаркет. По пути к дому Грейс свернула, заметив указатель, извещавший, что здесь поблизости продают дрова. Проехав по извилистой дорожке, они оказались рядом с навесом, под которым мужчина в грязной куртке действительно торговал данным товаром. Намерение Грейс и Генри обосноваться в домике у озера в зимний период его, кажется, позабавило, однако продавец согласился доставить в коттедж связку дров. Грейс привыкла покупать дрова понемногу, в супермаркете, где они были завернуты в пластиковую пленку. Поэтому размеры «связки» она представляла себе весьма смутно. В любом случае продавец обещал привезти дрова утром, а это уже обнадеживало.
Генри, не слишком любивший ходить по магазинам и делать покупки, высказал всего два пожелания. Сначала попросил-таки батончик мюсли в магазине «Прайс чоппер». Потом, как ни странно, заинтересовался антологией лучших спортивных репортажей, которую нашел в супермаркете. Грейс купила книгу не задумываясь.
Вернувшись домой, они постелили новые одеяла на большую кровать и сразу под них залезли. Генри взялся за спортивную книгу, которую уже начал читать в машине, а Грейс достала блокнот и принялась задумчиво изучать список клиентов, обращая особое внимание на тех, кто был записан на ближайшее время. Нужно разослать всем электронные письма, и это как минимум. А как максимум – не мешает позвонить. Но сейчас Грейс о таком варианте даже думать не хотелось.
В детстве Грейс спала не в той комнате, где они с Генри сейчас расположились, а в другой, поменьше. Эту спальню она до сих пор по привычке звала «родительской». Однако в прозрачном зимнем свете знакомая комната смотрелась непривычно. Узловатое сосновое дерево стен казалось бледным, будто представало во всей красе только при солнечной теплой погоде, а сейчас взяло длительный отпуск. На стенах висели старые картины. Одни принадлежали еще бабушке с дедушкой, другие были приобретены во время поездок на рынок Слоновий хобот. Казалось, на полотна сверху был наброшен какой-то покров. И тут Грейс почувствовала, что воспринимает хорошо знакомые объекты с каким-то отчуждением, словно они не имели к ней отношения. Грейс вспомнила, как обходила и осматривала нью-йоркскую квартиру, и попробовала повторить то же самое здесь. Вот фотографии, старые и новые, на которых можно увидеть все четыре поколения владельцев этого домика. Но сейчас Грейс не хотелось смотреть на них, а те, где она стояла или сидела рядом с Джонатаном, и вовсе воспринимались как издевательство. Рядом с фотографиями – детские рисунки, ее и Генри. На полках – любопытные находки из леса или с берега озера, книги, которые Грейс привезла из города и, прочитав, оставила здесь, вырезанные статьи из «Нью-Йоркера», старые номера нескольких научных журналов. Эти вещи из прошлой жизни не вызывали у Грейс никакого отклика. Сейчас она лежала под новеньким одеялом в родительской спальне рядом с двенадцатилетним сыном. Сколько еще им придется здесь пробыть? Несколько дней? Пока не затихнет шумиха? Весь год?
Кто объявит, что страсти улеглись, и можно покинуть убежище? В любом случае к тому времени она изменится до неузнаваемости и станет совсем другим человеком, подумала Грейс.
Груз, который давил ей на плечи, был неподъемен, поэтому Грейс решила отвлечься и заняться другими делами. Следовало составить список дел, совсем как нью-йоркские мамаши. Для начала нужно отправить клиентам следующее сообщение: «Из-за непредвиденных чрезвычайных обстоятельств вынуждена на время оставить практику. Искренне сожалею, что приходится прервать нашу совместную работу. К сожалению, не могу сказать, когда конкретно вернусь. Пока могу дать координаты другого специалиста. По этому вопросу, равно как и по любым другим, обращайтесь по электронной почте…»
