Горячие пальцы, через которые под мою кожу проникают электрические разряды. Пересохшие губы, которые хочется облизать, хотя понимаешь, что это вряд ли поможет. Чужое дыхание, которым наполняются легкие.
Жжет в груди.
Щиплет непролитыми слезами глаза.
Зачем слезы? К чему они? Они сейчас совсем не нужны. Не хочу больше… нет… я дала себе слово…
Но они почему-то совсем не пугают. Как и жжение в груди, которое нарастает и становится похожим на огненный шар, готовый взорваться ярко-алыми красками. Тесно… становится тесно, одежда мешает… И я не против, когда мое плечо обнажается и вместо ткани я чувствую губы…
Укол отрезвляющей боли пронизывает безжалостно и внезапно – когда его пальцы задевают мою ладонь и браслеты.
Все…
Вот и все…
Одуряющая пустота и звон. Веселый звон, под который грубоватые подушечки его пальцев теперь кажутся наждачной бумагой, сдирающей с меня едва зажившую кожу. Беспечный звон, который резко выдергивает меня обратно в реальность…
И правда, пора. Чуть-чуть старой, забытой из детства сказки, и хватит. Тем более что я теперь взрослая девочка и знаю, что их не бывает.
Я подаюсь назад и открываю глаза. Улавливаю тяжелое дыхание справа от себя и сама стараюсь поскорей отдышаться. И тут же прибегаю к правилам, которые вывела, – заблокировать эмоции, не сожалеть, не оглядываться, встать, пойти дальше, даже если кажется, что внутри ты разбился.
Внутри – не считается. Если не захочешь, этого никто не увидит.
А я не хочу. Я и так очень долго была слишком открытой.
Чувствую, как большой палец Руслана оглаживает мое запястье, отодвигая браслеты, и резко оборачиваюсь к нему. Наталкиваюсь на темный, непроницаемый взгляд. Но вместо того, чтобы расстроиться, успокаиваюсь. Теперь окончательно.
Нет, он не знает.
Не может знать.
– Спасибо за старания. – Мягко высвобождаю ладонь и даже улыбаюсь ему. – Но ты мог просто сказать, в чем заключается твой метод. Я бы ответила, что в курсе, потому что мы с Эдом часто его практикуем.
Руслан прищуривается.
Смотрит на мои губы, словно пытается рассмотреть на них следы чужих поцелуев и проверить, действительно ли практика была настолько частой, как я утверждаю.
– Что-то не очень похоже, – выдает свой вердикт.
– Да? Ну это, наверное, потому, что нам с ним куда больше нравится другой метод – когда калории сбрасываются гораздо активней.
Его мнения и на этот счет дожидаться не собираюсь. Отстегнув ремень, открываю дверь машины и наконец выхожу из нее.
Запрещаю себе оглядываться, чтобы посмотреть на реакцию Руслана и проверить: действительно ли он на меня все еще смотрит? Или это летний ветер обжигает так кожу? Запрещаю себе вспоминать о белых тюльпанах, которые россыпью лежали в машине и будто молили забрать их с собой.
Не могу.
Так пришлось бы возвращаться
Машина отъезжает, только когда я оказываюсь у двери дома, в лучах желтого света. Ждал? Зачем? Я в своем дворе, в безопасности. Не мог же он действительно обо мне волноваться.
Прислонившись к опоре, даю себе пару минут – хочу просто подышать свежим воздухом, ни о чем не задумываясь.
Чувство легкой усталости подталкивает к двери. Еще не так поздно на самом деле, но то, что устала, не удивительно. Я ведь с утра столько дел переделала – как пчела трудилась на чердаке. Надо будет хоть кому-то похвастаться. Папе. Он всегда меня хвалит.
Но стоит открыться к двери, как до меня долетает его недоуменное ворчание из гостиной:
– Слушайте, кто-нибудь может мне сказать, кому пришло в голову устроить на чердаке этот жуткий бардак? Мы только неделю назад с тетей Глашей навели там порядок!
Ну… нет так нет. Пожалуй, не просто так некоторые подвиги так и остаются секретом. Есть в этом смысл.
– Люда, – после короткого стука заглядывает в комнату мама, – ты что, еще спишь?
При этом она выглядит такой удивленной, что я на всякий случай бросаю взгляд на часы. Восемь. Утра.
Моргаю. Еще раз смотрю. Нет, мне не показалось.
– Сплю, – признаюсь с чистой совестью и переворачиваюсь на другой бок.
– Странно… – тянет задумчиво мама. – Зачем же ты тогда так рано пригласила Руслана?
– Я?!
Нет, я, конечно, многое смогла вчера списать на вино. Но звонки Руслану с просьбой приехать в этот список точно не входят!
И все-таки я приподнимаюсь, лезу под подушку за смартфоном и быстро пролистываю звонки и сообщения. Ничего, ничего… Если только вот это, хотя это мало напоминает приглашение, и уж тем более автор не я:
Это я вчера его так для себя обозначила, чтобы помнить: способен на что угодно, преград нет, может даже заворожить. Особенно под вино у него хорошо получается. Использовал его вчера в качестве зелья.
Колдун-беспредельшик и есть. Определение, как по мне, в самую точку. Вот только маме теперь доказательства не покажешь. Начнет расспрашивать, заступаться за него. А я не готова к длительным разговорам. С меня пока хватило брата, который вчера вечером заявился ко мне в комнату со статистикой на тему ранних браков.
А с учетом, что я к тому моменту уже около часа пыталась продраться через нудный контракт…