– Лео уехал по делам семьи, Лиля рисует, Митя на работе, Ар и Ник тренируются на улице.
– Тренируются?
– Да, – разбивает яйца в миску, – нашим детям тяжело без физической активности.
– А девочка, Эля?
– Мышонок? Дома, наверное. На юбилее как раз познакомишься с моей младшей дочерью – Элеонорой. Все будет зависеть от ее самочувствия. – Кухню наполняет аромат свежеприготовленного омлета, зелени и овощей.
– У кого-то день рождения?
– Да, у Лео. Круглая дата, будет много гостей, придется потерпеть денек.
– Он мне ничего не говорил, – благодарно принимаю тарелку.
– Я не удивлена. – Вела садится напротив с чашкой чая. – Брат не любит шумные сборища, но без этого никак. Статус обязывает поддерживать отношения со многими. Глава компании, – торопливо поясняет. – Приятного аппетита, – замолкает, давая возможность поесть.
– Можно спросить? – невольно подаюсь вперед.
– Конечно.
– Сколько лет исполнится Лео? Насколько я знаю, круглая дата еще не скоро.
– Мы пропускали несколько лет и решили, наконец, отметить. Хочешь, я помогу выбрать подарок?
– Да, конечно.
Со следующей фразой вопросы о возрасте и подарке уходят на второй план:
– И нужно подобрать платье. Я сейчас принесу каталоги, остались у Лили в комнате.
Я начинаю понимать, о чем говорил Лео, его сестру действительно не остановить. Вела возвращается в сопровождении Лили, и мы втроем перелистываем глянцевые страницы:
– Смотри, вот это выбрала Лиля. Алый к ее волосам будет смотреться шикарно.
– Ты выбрала. – Лиля округляет глаза и дарит мне многозначительный взгляд.
– Я посоветовала. И платье для тебя. Вчера листала каталоги и, Лиля не даст соврать, сразу же ей сказала: идеальное платье для нашей Жени.
– Не дам соврать, – качает головой, размешивая сахар. – Так и сказала.
– Смотри какой вырез. Лео с ума сойдет.
– Угу, и сожрет половину приглашенных лишь за единственный косой взгляд. – Лиля хохочет, я же только верчу головой, не успевая вставить и слова.
– Тебе нравится?
– Не слишком ли откровенно?
– Нет. – Вела накрывает ладонью описание, закрывая не только название модели, но и ее цену. – Глубокий насыщенный цвет. Для твоей белоснежной кожи – загляденье. И туфли, – откладывает в сторону каталог, активно листает другой: – Они!
– Вела, не дави. На самом деле, можно быть в чем угодно. Абсолютно, хоть в джинсах и футболке, как сейчас, – успокаивает меня Лиля.
– Нет, нельзя! Девочки, ну вы что, такой праздник бывает раз в сто лет! Ой, – улыбается еще шире. – Так говорят, раз в сто лет.
– Я подумаю, спасибо.
– Ты думай, а я закажу, – делает закладки из салфеток и накрывает ладонью каталоги, намекая, что разговор окончен.
– И вот так всегда, – театральный вздох, взмах прядью пшеничных волос, – а нам страдай. Шучу. – Лиля прижимается к плечу Велы. – Если бы не ты, я так и погрязла бы под завалами джинсовых комбинезонов.
– Привет, девчонки, – Мит входит на кухню, – я буквально на пять минут заехал.
– Отлично, – Вела возбуждено вскакивает на ноги, – я сейчас принесу, скажешь, что тебе больше нравится.
– Мам, я тебя умоляю. У тебя появилась еще одна девочка, – подмигивает, широко мне улыбаясь, – займись Женей.
– Мы уже подобрали ей образ. – Голос слышится из гостиной. – Кстати.
– Да, мам, – обреченно протягивает Мит, отпивая чай из стакана Лили.
– Помнишь Киру?
– Нет.
– Я же слышу по голосу, что помнишь. Она с родителями будет через пару дней.
– И-и-и… – Парень напрягается, замирает с кружкой у рта.
– Спорим, тебя сейчас попросят присмотреть за девочкой? – Лиля хохочет, прикрывая рот ладошкой. – Я потом расскажу, в чем шутка, – встречается со мной взглядом.
– Ее родители будут благодарны, если ты проведешь с ней пару вечеров. – Вела входит в комнату. – Сходите куда-нибудь, развлечетесь.
– Куда я с ней схожу, в кафе-мороженое? Сколько ей? Пятнадцать? Шестнадцать? Вот эта рубашка и эти брюки, – не глядя, проходит по раскрытым страницам чайной ложкой.
– Когда Ник только родился, Кире уже было десять, милый. Так что можешь свободно пригласить ее в клуб.
– Мамуль, так это меняет дело. Я с удовольствием. А рыжая заноза все такая же рыжая и… заноза?
– Даже не думай! Вот не смей! Кира – хорошая девочка, а Лисовские – наши друзья.
– В двадцать шесть лет хорошая? Ну если у нее все так же торчат уши, а на голове взрыв рыжих спагетти, то охотно в это верю. А какие у нее в детстве были коленки, как у куклы-марионетки. Вот такие, – складывает пальцы правой руки в кулак.
– Это тоже давняя история. – Лиля наконец отбирает у Дмитрия опустевшую кружку. – Митя никак не может забыть, что десятилетняя девчонка одним сообщением отшила всех его подружек.
– Лилька, не становись занозой. Мам, извини, но я не смогу помочь. Пусть кто-то другой развлечет девчонку.
– Я уже пообещала, – кричит она в удаляющуюся спину.
– Разобещай. Цветочек, спасибо за чай.
Легкий морозец, безветренная погода и хвойный аромат. Вдыхаю полной грудью, будто я где-то далеко-далеко за чертой города. До чего же приятно.
– Может, ты подскажешь, что можно подарить Лео? – После обеда Лиля приглашает прогуляться в сад. – Вела так и не помогла.
