Князь переломил звезду Испахана по темной полоске, что была очерчена по ее центру. В тот же миг он почувствовал, что магическая сила вернулась к нему, это же чувство появилось у остальных его товарищей. С этой минуты поражение шведов было предопределено. Лучшие боевые чародеи Империи стояли на палубах кораблей и шли впереди сухопутных гарнизонов. Скороходные переходы путали противника и давали возможность россам перебрасывать маленькие отряды в самые необходимые места. Через сутки не существовало ни шведского флота, ни шведской армии. А еще через неделю по причине того, что король Карл Десятый Густав погиб в военных действиях, весь риксдаг во главе с тальманом поставил подписи под актом о вхождении Швеции в состав Империи россов. На этом они все и завершили свою деятельность. На всей территории Швеции стали действовать законы Империи россов, а в здании риксдага поселился губернатор Швеции, князь Николай Анатольевич Оболенский со всем своим управленческим штатом. Шведские моряки и солдаты, принявшие имперскую присягу, остались в армии и на флоте, теперь уже на службе у Империи.
Максимилиан шел по вечернему лагерю. Завтра все они снимутся с места и уйдут в Иванград. Через два-три дня он будет дома, с семьей. Надо будет расспросить Катю о ее артефакте, он спас многих людей, быть может, даже Империю. Он вынул из кармана две половинки звезды, всмотрелся в них. Катенька, его ненаглядная жена, спасла с помощью этой вещи его и тысячи других воинов.
— Максимилиан, дружище, подойти сюда, посмотри на этот перстень, я его у шведов отнял. — Никита Голицин, с которым он приятельствовал во время службы в Иванградском гарнизоне, стоя у палатки, рассматривал массивный перстень из черненного серебра. Недалеко, у костра, князь увидел Трубецкого и помахал ему рукой. Подошел к Голицину, который нажимал пальцами на черный камень перстня, ковырял ножом выступающие узоры и тихо сквернословил, не обнаруживая в нем никакого секрета.
— Вот ведь не может так быть, это же…
Камень с легким треском вдруг откинулся в сторону, ослепительный свет ударил Максимилиану в глаза и больше ничего не стало, ни его, ни этого мира.
Император Владимир Годунов решился. Вчера ему принесли весть о гибели князя Шереметьева и барона Голицина от какой-то вещицы, доставшейся барону в качестве трофея. Чуть раньше, в донесении он прочитал о некотором артефакте, сделанном княгиней Екатериной Шереметьевой для мужа и который спас военную эскадру россов и сухопутные гарнизоны от поражения в битве со шведами. Судя по всему, не зря Богиня Макошь взяла под свою руку княгиню, Екатерина стала непомерно сильна в чародействе, а еще эти ее уненши. Нет, все они, хозяйка и ее подданные, должны принадлежать Империи, а значит, ему. Он снова и снова вспоминал сладость губ Екатерины и дивный запах, исходящий от нее. Он желал ее, как ни одну женщину прежде. Когда-то он захотел унизить своевольного и непокорного Шереметьева и приказал ему жениться на невзрачной вдове с маленьким сыном в довесок. А получилось так, что собственными руками отдал ему в жены красивую девственницу, которая к тому же искренне полюбила его. Но он — Годунов, он сможет исправить это. Конечно, Екатерина сейчас горюет по своему погибшему мужу, но у Владимира было немало женщин и он хорошо знал их. Пройдет совсем немного времени и жизнь во дворце, щедрые подарки и ласки заставят ее забыть о Максимилиане, он сделает ее своей женой, будет терпелив с сыном Шереметьева. Вся сила Екатерининого чародейства и уненши будут принадлежать ему, а вместе с этим еще и любовь самой княгини.
Вот уже несколько дней на душе у Кати было неспокойно. Ее мучили плохие сны и неясные дурные предчувствия. В один из таких дней она собралась и написала завещание в пользу Ланселота Бернса, а если же он погибнет — Айрин Пекуоле, объявив их опекунами Петра Шереметьева и Натальи Шумской в случае своей смерти. Она потратила два часа на перемещение скороходом и посещение нескольких знатных семейств Империи, где оставила по одному кристаллу, созданному ею. На следующий день ей принесли весть о гибели Максимилиана.
Кристаллы, оставленные княгиней на самом видных местах в домах известнейших семей, вспыхнули синим светом через день. Прямо в воздухе над ними развернулось большое окно, в котором непостижимым образом все увидели, как в городе Белоярске, возле дома князя Шереметьева открылись переходы, из которых вышел Император со скипетром в руке и полсотни его гвардейцев. В то же время перед домом князя выстроились высокие, бледные люди в просторных белых одеждах, державшие за руки детей. Они подняли руки и закрыли дом прозрачным щитом.
Император вышел вперед и громко сказал:
— Я пришел за вашей хозяйкой, мне нужна она.
Один из высоких мужчин ответил ровным, бесцветным голосом:
— Хозяйка не для тебя. Хозяйка для князя.
Император гневно сжал губы и процедил:
— Пусть княгиня выйдет, мы поговорим. Князя больше нет, он погиб.
