Ночами же случалось совершенное чудо. Близость с Катей, его женой, разбивала все его прежние представления о женщинах и об удовольствии, которое они приносят в жизнь мужчин. Он любил впервые и теперь недоумевал, как прежде мог жить без ощущения полного счастья, накрывающего его всякий раз, когда он чувствовал своим обнаженным телом нежное тело своей жены. Когда его руки обнимали и ласкали ее, а она отвечала ему с той же жаркой страстью. Он применял весь свой любовный опыт, изощряясь доводить ту, которую любил беспредельно, до высшей точки блаженства. Позже, когда жена лежала на его плече и они оба успокаивали сумасшедший бег сердца, он ловил порой ее удивленные и недоумевающие взгляды и не мог понять их значения. Ночи бывало ему мало, чтобы полностью насытить свою страсть. Они засыпали почти под утро и он лежал до утренней зари, не разжимая своих объятий, не в силах отпустить свою величайшую драгоценность.
Екатерина тоже во многом не могла разобраться. Ее любовь к Максимилиану никуда не делась, он по-прежнему жил в ее сердце и мыслях. Поэтому она никак не могла понять, отчего же страсть князя Барятинского находит отклик в ее теле и душе? Почему ей становится так хорошо, когда он своими большими ладонями обнимает ее? Как у него получается настолько легко увлечь ее за собой в дерзком желании раствориться в другом человеке? Ее смущало то, что он становился для нее своим и между ними стало появляться доверие. Он стал для нее замечательным мужем, она забыла о многих проблемах, которые ей приходилась решать самой. Он работал с городской управой, со стражей, с городскими ремесленниками. За две недели до того, как они поженились, Барятинский поучил приглашение во дворец по случаю празднования Масленницы. Екатерина не горела желанием посещать венценосную чету, но Алексей решил, что они не должны избегать таких собраний, ибо им нечего было скрывать от других дворян.
За день до празднования они с детьми и Айрин вышли прогуляться в городской парк. На поляне возле небольшого озера Петруша с сестрой ушел чуть дальше вперед и вдруг все они застыли на месте от ужаса. Со всех сторон на поляну выползали десятки змей. Князь увидел, как побледнела Екатерина и одновременно с ней и Айрин вскинул ладони для заклинания, однако мальчик звонко и спокойно сказал:
— Не надо! Не двигайтесь! А вы ползите отсюда к тем, кто разбудил вас не ко времени от зимней спячки и разберитесь с ними. Мы же вам не враги и не причиним вам зла.
На долгую минуту на поляне установилась полная тишина, затем с чуть слышным шуршанием змеиная армия развернулась и исчезла в пожухлой прошлогодней траве. Сорвалась с места Екатерина и бросилась к детям, обнимая и целуя одновременно сына и дочь. Князь Барятинский и Айрин, переглянувшись, принялись снимать чародейский след на поляне. Так они убедились в том, что у них имеются сильные враги и сделали открытие: у Петруши имеется дар управления животными, редкий настолько, что многие сомневались в его существовании.
Во дворец они прибыли незадолго до окончания представления приглашенных Императорской чете. Вступили под свод Тронного зала под громкое извещение глашатая:
— Князь Алексей Барятинский с супругой Екатериной Барятинской!
К трону шли с таким видом, будто их не касалось жадное любопытство толпы придворных и тех, кто был обласкан приглашением к Их Императорским Величествам. Рядом с высокой и мощной фигурой Алексея, одетого в темно-зеленый камзол, Екатерина, в платье изумрудного цвета с открытыми плечами выглядела изящной статуэткой. Точеные плечики, красивая шея, тонкие руки. Швея совершила чудо, платье княгини смотрелось куда скромнее и добродетельнее, чем многие декольтированные наряды у других дам. Не доходя нескольких метров до тронного возвышения Катя повернула голову и взглянула на мужа. Увидела его ласковый взгляд и нежную улыбку на красивых губах, в ответ улыбнулась сама. Подошли, наклонили головы. Императрица молчала, Император вдруг закашлялся, потом наконец- то смог произнести:
— Приветствую вас, князь и княгиня на этом празднике! А также поздравляю с тем, что Боги благословили ваш союз. Для нас он стал неожиданным.
Барятинский ровным тоном ответил:
— Я счастлив, что Екатерина Алексеевна приняла мое предложение и теперь могу быть ее мужем и защитником.
Годунов удивленно приподнял бровь:
— Неужели княгине необходима защита? И от кого же?
Князь пожал плечами и ответил:
— Да, Ваше Императорское Величество, судя по двум нападениям за одну лишь неделю, княгине нужна защита. Несколько дней назад на нее набросились две Кровавые Гончие, вчера — целая армия змей. Осмелюсь просить вас пригласить сюда главного чародея Империи, он подтвердит вам это, ибо на месте всех этих событий остался его чародейский след.
Удивленный Император бросил своему стражу:
— Резунова ко мне!
Через минуту из толпы придворных вышел и последовал за стражем Антон Резунов, главный чародей. Он подошел к тронному возвышению и поклонился Государю и Государыне, будто не замечая супругов Барятинских. Владимир Годунов, прищурив темные глаза, спросил его:
