— Да, тяжелая и грязная, — кивнул Фидель. — Малейшая царапина — почти верная смерть. Там работают заключенные. О врачах, конечно, они могут забыть. Через полгода труп или инвалид, но потом быстро тоже труп. Двухлетний тюремный срок — это практически смертный приговор.
— Военные хотят направить солдат на такие работы?
Фидель усмехнулся.
— Нет, солдат надо беречь. Генералы были заказчиками твоего анализа. Они лучше министров понимали, что надо что-то менять.
— И они решили, что выход — это осушение сельвы?
— Именно, — Фидель энергично кивнул. — Они внимательно прочитали твои выводы. Их идея — обязать каждого жителя острова работать в сельве по два-три дня в месяц.
— Добровольно?
— Во имя будущего. Во имя тысячелетнего счастья.
— Но для этого им надо прийти к власти.
— Безусловно.
Он снял очки, протер их салфеткой.
— Они ненавидят министров и старейшин. Правильно делают, между прочим. Первый этап их плана — приставить к каждому министру военного комиссара.
— Комиссара?
— Как когда-то в России. Их задача — заставлять министров работать.
— Вряд ли два идиота лучше, чем один.
Фидель расхохотался.
— Блестяще! Запомню.
— А второй этап?
— Заменить министров комиссарами, когда они войдут в курс дела.
— А Совет старейшин?
— Заменить Военно-хозяйственным советом.
— Но для этого им придется пристрелить Сеньора Гобернанте.
— С этим у них проблем не будет. Его охрана — это военные, которые подчиняются генералам. Но это не обязательно. У нас демократическая республика, всегда можно устроить досрочные выборы.
Он замолчал, глядя то на меня, то на набегающие на песок волны.
— Значит, готовится военный переворот, — спросил я.
— Если называть вещи своими именами — да.
— Одни дилетанты сменят других?
Фидель кивнул. Выглянуло солнце, сразу стало жарко, воздух задрожал над песком. Мы молчали, но оба знали, что главное еще впереди.
— Вы хотите воспрепятствовать военным?
Фидель ответил не сразу. Поднялся, подошел к воде, сунул руки в карманы, глядя, как волны размывают берег.
— И да, и нет.
Морской ветер теребил его рубашку.
— Министры и старейшины рано или поздно угробят Ла-Эсперансу. Но то, что предлагают генералы — еще хуже.
Он развернулся ко мне.
— У меня к тебе просьба — дай мне знать, если с тобой свяжутся генералы, а они обязательно свяжутся. Ты сейчас у них в авторитете. И еще…
Он немного помолчал.
— Не говори им ни да, ни нет. Ты был бы рад помочь, но тебе надо подумать. Проси на раздумье два дня. Веласкесу ничего не говори.
— Хорошо, — сказал я. — И это то, ради чего была вся эта история с запиской?
— Нет, не все — Фидель вернулся, сел на скамейку, снял туфлю, начал вытряхивать из нее песок. — Мне было важно убедиться, что ты не пойдешь к Виктору.
Военные объявились раньше, чем я думал. Утром в понедельник позвонил мой капитан-куратор. Голос его был сух и нейтрален.
— Генерал Ромео Ортис хочет видеть вас сегодня в семнадцать ноль-ноль в здании Главного штаба.
Без пятнадцати пять у входа на территорию дворца меня будет ждать машина. Он также попросил, чтобы я приехал без телефона.
— Хорошо, — сказал я. — А какая причина вызова, я бы хотел подготовиться.
— Об этом мне не доложили, — так же сухо сказал капитан и повесил трубку, даже не попрощавшись.
В назначенное время я вышел из ворот дворца и увидел «Хаммер» песочного цвета с коричневыми разводами. Рядом курил молоденький лейтенант. Заметив меня, он бросил сигарету, отдал честь и открыл заднюю дверь. Во время поездки он не проронил ни слова. Мы двигались по пустынным, залитым солнцем улицам. Водитель не включал кондиционер, и в машине стоял спертый, душный воздух, пропитанный запахом табака. Через десять минут мы остановились у огромного мрачного здания с забранными решетками окнами. Лейтенант вышел первым, открыл мне дверь.
— Прошу, сеньор.
Мы быстро прошли по серым коридорам, скучнее которых я не видел в жизни, и остановились у двери, мало отличимой от стены. Лейтенант поднес карточку к металлической пластинке, щелкнул замок, дверь открылась, и он предложил мне войти. Сам он не вошел, отдал честь, развернулся и быстрым шагом направился к выходу.
Моим собеседником оказался Генерал-Бульдог, которому я имел честь быть представлен в кабинете Фиделя. Генерал встал, протянул мне руку и подвел к стене, на которой висела огромная карта острова.
— Представьте, — сказал он, — что вы хотите убежать с острова.
Он уставился на меня, словно преподаватель на студента во время экзамена.
— Аэропорт и морской терминал исключаем. Ваши действия?
Я подошел ближе, вглядываясь в карту
— Вот отсюда на лодке, — сказал я, показывая на юго-западную оконечность острова. — Тут до Мексики ближе всего.
Генерал удовлетворенно кивнул.
— А где бы вы взяли лодку?
Я присмотрелся и увидел, что в этой части острова нарисовано несколько черных квадратиков.
— Вероятно, тут рыболовецкая деревня. Эль-Тумбо, — я наклонился, чтобы прочитать название. —
Я бы заплатил рыбакам, чтобы они меня перевезли, скажем… — я провел пальцем по карте, — на мексиканский полуостров Юкатан.
— А как бы вы попали в Эль-Тумбо?
Генерал испытующе смотрел на меня.