Тысячеликий Эрос полностью

Здесь мы видим, что Джейсон должен был сохранять осторожную дистанцию с другими, чтобы избежать риска слиться с ними и в результате больше не существовать, как отдельная личность. Подобные эпизоды мы анализировали несколькими годами раньше: его паническую реакцию на перспективу есть курицу, потому что она будет клевать его изнутри и съест. Продолжительные пищевые фобии Джейсона были основаны во многом на его неосознанных психотических тревогах. У других пациентов, поглощенных теми же ужасными фантазиями, могут развиться пищевые аллергии. В таком контексте теорию Биона (1967) о «странных объектах» можно приложить как к психосоматическим, так и к психотическим способам психического функционирования.

Джейсон: Этот ужас перед водой — это все тот же ребенок. Он все еще здесь, во мне, и все еще говорит со мной. Но разница в том, что теперь и я с ним говорю. И даже больше, теперь я убежден, что и в вас есть маленький ребенок. Я слышу эту девочку, когда вы смеетесь, или когда говорите такие вещи, на которые отзывается маленький ребенок во мне. Когда знаешь, что и у аналитика тоже есть маленький ребенок внутри, тебе уже больше не угрожает опасность. Мне нужно было быть как вы, чтобы я сам мог вернуться к жизни. Но главное, мне надо было знать, что я другой и что нас никогда нельзя спутать!

Дж.М. [Джейсон наконец стал хорошим родителем самому себе, используя и материнскую, и отцовскую способность заботиться об обезумевшем внутреннем ребенке. Он больше не возлагает на родителей ответственность за все свои несчастья в прошлом. Сейчас он позволяет им тоже быть отдельными от него людьми со своими проблемами, как у всех других.]

Джейсон: Мне так важно знать, что ваш внутренний ребенок и мой — не одно и то же, что мы два разных человека, и всегда будем разными.

Дж.М. [Этот страх потери границ в начале анализа Джейсон не признавал. Такие страхи предрасполагают одних людей к психотической декомпенсации, других — к психосоматическому взрыву. Свой ужас перед потерей чувства идентичности Джейсон победил сложными сексуальными построениями, каждое из которых «работало» с особыми элементами его глобальной тревоги.]

Джейсон: Годами я путал мечты с реальностью. Теперь я пользуюсь ими при встрече с реальными трудностями. Я вам говорил о своем страхе перед водой, но теперь я обожаю плавать. [Замолкает, и у меня создается впечатление, что он ищет, какими средствами передать трудную мысль.] Но вы знаете, мне все еще нужна внутренняя картинка, чтобы нырнуть.

Дж.М. [Джейсон ссылается здесь (как он уже много раз это делал) на ужасную сцену, свидетелем которой он был еще мальчиком, во время немецкой оккупации во Франции. Он видел, как четыре немецких солдата схватили девушку за руки и за ноги и швырнули в плавательный бассейн в Сене. Он говорил, что эта сцена возбуждала его сексуально, но никогда до этого он не говорил, что использует этот самый образ сейчас, чтобы нырнуть в плавательный бассейн!]

Откровенность Джейсона позволила нам еще раз увидеть, как самые страшные переживания можно сделать терпимыми, если удается их эротизировать. В сцене из воспоминаний Джейсон становится девушкой, которая должна умереть в плавательном бассейне; но одновременно — он центр интереса четырех солдат. Таким образом удовлетворяются и бисексуальные желания, и гомосексуальные стремления. Создавая таким образом свою псевдомужественность, Джейсон может нырнуть в бассейн без страха уничтожения.