На Таманском полуострове имеются три операционных направления: два приморских и центральное. Поскольку на центральном направлении, каким бы выгодным оно ни представлялось, прорвать сильно укрепленный оборонительный рубеж в проводившихся наступательных операциях нам не удалось, необходимо отказаться от него как главного, в особенности о выводом оттуда в резерв Ставки 37-й армии, входившей наряду с 56-й армией в ударную группу фронта на центральном участке. Очевидно и другое. Северное приморское направление, где простираются огромные приазовские плавни, большие лиманы и болотистые низменности, не позволяет применить на нем ни танки, ни ударные пехотные силы, чтобы развить наступление в необходимой темпе или совершить какой-либо обходный маневр. Поэтому и оно не может быть избрано в качестве направления главного удара. Остается южное направление — Новороссийск и далее на Тамань — вдоль Черноморского побережья. Местность и здесь тяжелая: вначале горно-лесистый район, а за ним тоже лиманы. Однако на новороссийском направлении есть возможность вместе с силами фронта сосредоточить максимум огневых и ударных сил Черноморского флота. Кроме того, здесь налицо выгодность оперативного положения двух групп 18-й армии (западной и восточной) по отношению к Новороссийску — они берут сам город и новороссийскую группировку противника как бы в клещи. Более того, западная группа с плацдарма Мысхако сразу же может выходить не только во фланг, но и в тыл Голубой линии. Все это позволяет надеяться на успех в овладении городом и прилегающими к нему высотами, после чего рушилась бы оборона врага на всем южном фасе Голубой линии, что может оказать серьезное, даже решающее влияние на исход всей операции. Кроме того, с освобождением Новороссийска флот получает базу и сможет более активно действовать в дальнейшем ходе борьбы как на Таманском полуострове, так и на просторах Черного моря.
Учитывая все это, следует считать целесообразным главный удар фронта нанести сосредоточением основных усилий фронта и флота на новороссийском направлении и, освободив Новороссийск, развить наступление на Верхне-Баканский и в глубь Таманского полуострова. Целесообразно также нанести второй сильный удар смежными флангами 56-й и 9-й армий в направлении Киевское, Джигинское, Гостагаевская, чтобы рассечь 17-ю армию и совместно с 18-й армией окружить и уничтожить наиболее сильные ее группировки — центральную и новороссийскую. Одновременное нанесение сильных ударов на двух направлениях дезориентирует противника в отношении направления главного удара фронта.
Вскоре я и генерал П. М. Котов-Легоньков пришли на доклад к командующему.
Выслушав меня, Иван Ефимович сказал:
— Что главный удар надо наносить через Новороссийск, совершенно ясно. Именно здесь мы можем сосредоточить максимум огня фронта и флота. Это направление выгодно еще и тем, что здесь мы можем рассчитывать на достижение оперативной внезапности. Поскольку сам город и подступы к нему укреплены очень сильно, то немецкое командование меньше всего может ожидать нашего удара именно здесь, прямо на город. А внезапность — важнейший фактор на войне. Что касается второго сильного удара смежными флангами 56-й и 9-й армий, то это было бы повторением наших неудачных попыток сломать вражескую оборону на одном центральном направлении. Нам надо добиться рассредоточения усилий врага на широком фронте, поэтому каждая армия должна наносить удар по противнику в своей полосе.
На том и порешили.
И. Е. Петров пригласил командующего Черноморским флотом вице-адмирала Л. А. Владимирского и ознакомил его с замыслом операции. Владимирский с ним был полностью согласен, и Иван Ефимович дал ему указание определить максимально возможные силы флота, которые могли бы участвовать в совместных с 18-й армией действиях.
Через день-два Владимирский докладывал Петрову, что от флота будут действовать дальнобойная артиллерия береговой обороны, несколько соединений морской пехоты, авиация, а с моря наступление на Новороссийск будет поддерживать мощный артиллерийский огонь крупных кораблей. Это вполне удовлетворяло командующего фронтом, и он приказал готовить силы флота к операции.
Потом И. Е. Петров выехал на КП командующего 18-й армией генерала К. Н. Леселидзе? которому тоже изложил наметки своего замысла.
Итак, план операции в общих чертах определился, Штаб фронта стал еще тщательнее изучать местность на всю глубину обороны врага.
Через несколько дней командующий вызвал меня вместе с генералами П. М. Котовым-Легоньковым и Н. М. Трусовым и сказал:
