– Это ведь сюрприз, так что не спрашивай. И не смотри на меня так. Что ж, ладно, убедила. На Рождество мы едем в Париж.
Усталость испарилась без следа.
– Париж! Господи, Джош! Неужели правда?
Он кивнул. Запустив пальцы в шелковистые волосы мужа, Лорен его поцеловала и почувствовала, как он улыбается ей в губы.
Париж на Рождество! Как же романтично! И утонченно! Уж там-то наверняка не будет надувных снеговиков.
– Извините, – раздался чей-то голос. Пришел врач, за спиной которого с улыбкой маячила стажер, обрабатывавшая ей рану. – Мы просто хотели прослушать легкие. У вас слегка пониженный уровень кислорода.
– У меня астма, – пояснила Лорен. – И время от времени бывает бронхит.
– М-м-м, – протянул врач, вставляя в уши стетоскоп. – Вдохните и задержите дыхание. Выдох. Вдох. Еще раз. Еще. Теперь покашляйте и снова вдохните. На этот раз как можно глубже. Хорошо. – Закончив, врач на нее даже не взглянул. – Я бы посоветовал на всякий случай обратиться к пульмонологу, – проговорил он. – Мы можем к кому-нибудь вас направить. Доктор Йоши, дайте номер Кваны Беннет.
– Ингаляторов надолго не хватает, – вмешался Джош. – И у нее сухой кашель. Сперва говорили, что это аллергия, потом грибок вдобавок к астме. Она довольно быстро устает.
– Ну, у нас полно жалоб, – отозвалась Лорен.
– Точно, – заметил врач, такой же теплый и сердечный, как мрамор на снегу. – Позвоните доктору Беннет. Рад с вами познакомиться. Берегите себя.
– Ну и обаяшка, – пробормотала Лорен ему вслед, и доктор Йоши, что-то пишущая в блокноте, фыркнула в ответ. Ага, союзница.
– Вы что-то недоговариваете? – спросила Лорен молодую женщину.
– Вообще-то я стажер, работаю первый год и всего лишь лечу вашу рану на голове. Приходите через десять дней, и мы снимем скрепки. – Она не смотрела ни на Лорен, ни на Джоша.
– Зачем он слушал мои легкие? Со мной что-то не так?
– У вас уровень кислорода ниже девяноста пяти.
– Но девяносто три – тоже хорошо, верно? – улыбнулась Лорен.
Доктор Йоши не улыбнулась в ответ.
– Немного ниже нормы. Вам стоит сходить на прием к пульмонологу, а не к обычному терапевту. – Женщина немного помолчала. – Если вы принимаете лекарства от астмы, они должны действовать лучше, так что, наверное, их стоит скорректировать.
Так. Бояться нечего.
Но по спине все равно скользнула холодная струйка страха.
Джош тоже выглядел встревоженным. Лорен сжала его ладонь, и он в ответ стиснул ей пальцы.
Однако и на следующий день, и еще день спустя она чувствовала себя прекрасно, и страх прошел.
Позвонив доктору Беннет, Лорен записалась на прием через три месяца.
Октябрь выдался поистине великолепным. Желтые листья на фоне ослепительного голубого неба являли собой шикарное зрелище. День благодарения у Джен прошел шумно и весело.
На Рождество они в самом деле поехали в Париж, где бродили по дождливым старым улицам, восхищаясь архитектурой, статуями и местными блинными. Взяв напрокат велосипеды, проехались вдоль Сены, дыша холодным воздухом, и посмотрели на реконструкцию Собора Парижской Богоматери. Ели местные блюда, занимались любовью в прекрасном гостиничном номере и пили кофе на улице под обогревателями, жалея лишь о том, что до Франции еще не дошла чудесная традиция добавлять в него смесь молока и сливок.
На бульваре Сен-Жермен Лорен купила подарки для Сары, Джен и Асмы, а Дариусу приобрела галстук в «Диор». В последний вечер они прокатились на велорикше по рождественской деревне вдоль Елисейских Полей, наслаждаясь запахами и огнями и прикидывая, где бы перекусить после Триумфальной арки. Чтобы на нее подняться, пришлось миновать пять или шесть пролетов узкой винтовой лестницы, и наверху Лорен ощутила легкое головокружение. Астма, да еще холодный воздух.
Но глядя на сверкающую огнями Эйфелеву башню и простирающуюся до самого Тюильри рождественскую деревню, не хотелось думать о болезнях. Они молоды, влюблены и вполне способны на подобное путешествие.
Обнявшись, они застыли наверху, глядя на Город Света.
– Нам так повезло, – заметил Джош.
Неподалеку молодой человек опустился на одно колено перед прелестной женщиной и протянул ей кольцо. Она разрыдалась, потом бросилась его обнимать, со смехом повторяя:
– Oui! Oui! Bien sûr![19]
– Надеюсь, они так же счастливы, как мы, – проговорила Лорен и поцеловала мужа.
В глазах стояли слезы. Всего лишь из-за благодарности. И благоговения перед всем, что могла предложить жизнь. К чему обращать внимание на крошечный укол беспокойства? Ему не место в их чудесной жизни.
Декабрьское письмо Сара принесла пораньше, поскольку на неделю уезжала в Аризону навестить отца и бесчисленное множество братьев и сестер.
Задание жены повергло его в ступор, и Джош не понимал, как к нему относиться. У него даже возникло желание с ней поспорить.
Во-первых, это не ее дело.
Во-вторых, он мог навредить матери.
В-третьих, новая задача казалась несравненно тяжелее всех предыдущих.
