Джош в самом деле вспомнил вечер на Гавайях и их разговор, и сердце дрогнуло – ведь прежде он ни разу мысленно не возвращался в тот день. И тут же накатила волна любви, смешанной с тоской, как будто поднимавшейся из самой глубины существа, из костного мозга, сквозь мышцы и сухожилия, прямо к коже.
Они плавали, катались на байдарках и дурачились на пляже в заливе Ханалей, поистине одном из самых прекрасных мест из тех, что доводилось видеть, наслаждаясь прозрачной водой и поразительно большими волнами. Проплавав все утро, вздремнули на одеяле в тени пальм, пообедали в маленькой закусочной и вновь полезли в воду. Истинные молодожены – очаровательные, молодые, влюбленные, непосредственные, весело смеющиеся и пребывающие в блаженном неведении относительно того, что уготовило будущее.
Потом они вернулись в дом на утесе, чтобы полюбоваться закатом. В тот вечер после проливного дождя, столь привычного для острова-сада, в небе раскинулись две радуги. Затем уединились в спальне и долго, неторопливо занимались любовью. Ее кожа пахла солнцезащитным кремом, солью, пóтом и легким цитрусовым ароматом духов. И, лежа рядом с женой, Джош признался в том, о чем размышлял с момента их четвертого свидания.
– Никогда не думал, что кто-то способен полюбить меня, когда узнает по-настоящему.
Слова повисли в темноте. Лорен немного помолчала, потом приподнялась, чтобы на него взглянуть.
– Почему, милый? – нежно спросила она.
Он пожал плечами:
– Ну, не знаю. Я никогда… никого до тебя не любил. И чувствовал, что со мной что-то не так. Как будто нечто не могло… соединиться.
– Наверное, все мы так думаем.
– И ты тоже? – полюбопытствовал Джош. – Или ты просто ждала подходящего парня?
– Я ждала тебя. – Она поцеловала его в плечо, прохладные пряди волос коснулись кожи.
Джош притянул ее к себе, все еще поражаясь, что эта красивая улыбчивая женщина стала его женой.
– Наверное, я всегда считал себя неподходящим парнем для кого бы то ни было.
– Но ты ведь рос в окружении любви, – возразила Лорен, не терпевшая, когда люди испытывали негативные эмоции, – один из ее крошечных изъянов. – Единственный сын у мамы, любимый ребенок для Бена и Суми…
Джош на мгновение задумался.
