Огурцы Оленька привыкла сажать рассадой. Но не огромной, когда её приходится выращивать чуть ли не с марта месяца и по несколько раз переваливать из одной ёмкости в другую, начиная с обычного стаканчика и заканчивая литровыми майонезными вёдрами. Оля отдавала предпочтение крохотной огуречной рассаде, с едва развившимся первым настоящим листиком. По её опыту такая рассада охотней всего шла в рост, прекрасно приживалась на новом месте и успешно адаптировалась к солнечному свету и прочим вещам.
— А ещё кабачки, патиссоны и обязательно тыквы! Конечно, мои любимые тыквы я тоже посажу. Мне их надо много, очень много тыкв.
К тыквам Оля питала любовь за их неприхотливость, стойкость и самостоятельность.
— Посажу «Титан», «Розовый банан», «Гитару» и вот эти пять сортов. Восемь тыкв будет в самый раз. Хоть по одной тыковке да все завяжут. Две я возьму себе, две дам Свете, две Кате, а остальные тоже кому‐нибудь пристрою.
Весь многолетний опыт садовода говорил Оле, что если пристроить лишние уродившиеся в избытке кабачки летом было практически невозможно, то тыквы по осени люди разбирали весьма охотно. Было в них что‐то такое радостное, что всем хотелось иметь у себя под боком. Словно бы берёшь с собой в квартиру или дом кусочек лета, яркий, сочный и тёплый.
— Так почему бы и не посадить их побольше, благо хлопот с ними никаких нету?
И Оля мысленно добавила к списку ещё пару названий. А что? Пусть будут. Посадил тыквы на высокую кучу прошлогодней перепревшей травы и листьев, и они прекрасно там сами по себе растут. Если огурцы приходилось поливать всё лето, бороться за урожай с их вредителями и болезнями, то тыквы довольствовались осадками с неба. Болезни обходили их стороной. И росли тыквы, как не в себя. Некоторые сорта, только дай им волю, были способны покрыть весь участок своими огромными листьями. Ну а осенью можно было любоваться разнообразными по цвету, размеру и форме плодами этой красавицы среди овощей.
Заглянув в шкафчик, который в прохладной нише под окном оборудовал ещё первый супруг Оли, умелец и рукодельник, она извлекла оттуда заветную коробочку с семенами. Пакетиков было так много, что они с трудом помещались в коробочке, иногда буквально выпрыгивая из неё.
— Посей нас, хозяйка. И нас! И нас!
Но Оля засовывала прыгунов обратно. Основная цветочная рассада уже поджидала её в теплице. Оставались лишь тыквенные. Устроившись поудобней за столом, она принялась перебирать разноцветные глянцевые пакетики со сладострастием, какого не снилось и самому Кащею.
Что‐то было куплено к этому сезону, что‐то оставалось с прошлых лет. Огурцы и все бахчевые, к которым Оля относила и кабачки с тыквами, и арбузы с люфой и дынями, отличались хорошей лёжкостью. Их спокойно можно было посеять и через пять лет, и даже через десять. Так что за всхожесть семян Оля не переживала. Тыквы, кабачки и патиссоны она отобрала быстро.
Смущало её другое, как из обилия сортов огурчиков выбрать те десять счастливчиков, которые и пойдут в нынешнем году в размножение.
— Обязательно посажу «Кураж», — рассуждала она сама с собой. — Ну и «Кони» воткну. Куда же без них? «Германа» тоже посажу, эта тройка никогда меня не подводила.
Но хотелось ещё и новинок. Оля решила испробовать «Муравья», которого очень уж расхваливал один замечательный блогер-огородник. И «Сару», которую ей посоветовала незнакомая покупательница в магазине семян. Итак, пятерка была отобрана, половина дела была сделана. Оставались ещё пять.
— Посажу один беленький, один кругленький и один голенький.
И при выборе двух последних она отдала предпочтение сортам с кустовым расположением завязей. Очень уж соблазнительно выглядели огуречные плети, на которых из каждой пазухи торчало сразу по десять-двенадцать огурчиков разных размеров.
— Даже если половина завяжется, уже хорошо.
Правда, опыт прошлых лет говорил, что все двенадцать завязей в узле могут благополучно пожелтеть и засохнуть, не подарив ни единого плода в то время, как обычные огурчики спокойно вязали себе один огурчик за другим, не гонясь за рекордами, но и не доставляя хозяйке никаких разочарований. Впрочем, за зиму Оля хорошенько подготовилась, изучила метод формировки таких многоплодных гибридов и снабжённая новыми знаниями была готова потягаться с новомодными гибридами.
Замочив все десять отобранных семечек во влажных салфетках, Оля почувствовала моральное удовлетворение, но и некоторое утомление.
— Всё‐таки трудное дело — сделать правильный выбор. Но теперь уже всё!
Как только семена проклюнутся, она посадит их в грунт. И через неделю будет любоваться проклюнувшимися листочками.
Так как заняться ей больше было нечем, то она проверила пакетики с теми цветочными семенами, которые можно было посеять без всякой мороки в открытый грунт. Но в теплице у неё уже росло так много цветочной рассады, что Оля оставила эту идею до лучших времён.
— Впихнуть бы то, что уже выросло. Клумбы‐то у меня не резиновые. А жаль.
