А еще Скай, кажется, пока не знает, что он, Ник, убил того волшебника. И что ему не то чтобы не понравилось. Конечно, о последнем можно и не говорить никому, но Ник не мог не думать о том, как изменилось бы отношение друга, узнай он всю правду. Пусть убийство и было обосновано ситуацией, а обман насчет Голоса не был полным: травник ведь и правда не знал, что такое Голос и на что он способен. Если бы он мог внушать мысли, то, наверное, пользовался бы этой способностью? Или у разных Голосов разные способности?
Он пробовал спросить у Голоса, но тот лишь насмешливо фыркнул, заявив, что некоторые вещи как были тайной для Ника, так и останутся.
Вопросов было слишком много, а думать было слишком тяжело. Гудела голова, почему-то ныло запястье правой руки и пальцы. Болели ноги. Желудок противно сжимался и грозился выдать наружу съеденный очень-очень давно ужин.
Остальные сговорчивые злодеи выдали одну и ту же информацию: стране нужны перемены, его величество погряз в безделье и не печется о благе страны, и только многомудрый обладатель золотого знака знает, как улучшить жизнь каждого, кто пойдет за ним. Но что именно он планировал, не смог объяснить никто.
Повторяемые почти слово в слово невнятные объяснения наводили на мысль о том, что Галенус держал подчиненных за дураков и наверняка подмешивал в их еду или напитки малую толику среброзвонника, вполне достаточную для того, чтобы получить послушных культистов, неспособных задавать лишние вопросы.
Что до убийства старого волшебника, то кто-то – то ли сам Галенус, то ли его подручный волшебник по кличке Паук – заметил, что со стороны смотровой площадки Приюта за виноградниками следят. Отблески солнца на линзе трубы случайно привлекли внимание главарей банды, и те отправили на разведку двоих ребят из тех, кто не робеет перед волшебной Силой. Разведчики донесли, что какой-то старик наблюдает за виноградниками. И «золотой господин» приказал избавиться от свидетеля, не привлекая особого внимания. Ныне покойный Каспер – один из тех, кто ходил к Поющим пещерам, – пробрался на территорию Приюта и столкнул старого волшебника со смотровой площадки, будучи уверенным, что эту смерть сочтут несчастным случаем.
Всех выживших злодеев решено было отвести в Приют и разместить в отделении для буйных. А Галенуса ожидала палата, в которой до недавнего времени был заточен почтенный Тали: самая защищенная и надежная во всем исследовательском доме.
В Приют доставили и Милли. Как оказалось, она жила в Вертине и за разумную плату готова была выполнять любую не слишком опасную работенку. К ней накануне приехали люди Галенуса с заманчивым и щедрым предложением: познакомиться с молодым волшебником и его слугами и уговорить их прогуляться до Поющих пещер в обмен на увесистый мешочек золота и пару красивых браслетов.
Пит и господин Арли допросили пленников еще по разу и даже поговорили с пришедшим в себя Галенусом. Общаться с кем-то, кроме главного библиотекаря, тот отказался наотрез, но Пит сумел убедить его в том, что с ним поговорить придется в любом случае.
Скай и Ник терпеливо дожидались деталей, которые господин Арли пообещал разъяснить на обратом пути в столицу: «Ай-ту» ожидали со дня на день. Норин вынужденно ожидал вместе с ним, но его ожидание нельзя было назвать терпеливым: Скай успел четыре раза пересказать историю покорения виноградника и ответить на тысячу вопросов.
О покое до самого отъезда пришлось забыть: в домик постоянно стучались то целители, то постояльцы, то сиделки – всем было любопытно, что же случилось на территории королевских виноградников и как себя чувствуют новоявленные герои. Скай не горел желанием просвещать общественность, а господин Арли охотно беседовал с каждым. Они с Питом заранее договорились, о чем можно рассказывать, на что можно лишь намекать, а что вообще упоминать не стоит.
Скай так и не выбрал время, чтобы спросить у дяди, всегда ли тот хотел стать библиотекарем, чем увлекался в юности и какие предметы любил в Академии. Но он пообещал себе, что спросит непременно.
Одно Скай мог сказать с уверенностью уже сейчас: его дяде в отличие от малопочтенного господина Галенуса точно никогда не бывает скучно.
Через два дня после памятной ночи попрощаться с господином Арли и его племянником, разоблачившими заговор, зревший под жарким солнцем вместе с виноградом, пришли, кажется, все работники и постояльцы Приюта.
В пестрой толпе мелькали знакомые лица. Добродушно улыбался старый Тинн, поддерживаемый с двух сторон постояльцами помоложе, весело щурился Шон, томно вздыхала Нисса, робко махал рукой Рон-Аланни, хмурился Тани, казавшийся совсем кислым на фоне довольного жизнью прадеда, радостно размахивала белым платком Белла.
Управляющий Фарн попрощался заранее, накануне отъезда главного библиотекаря и Ская. Долго и многословно благодарил волшебников, сокрушался, что не заметил зло, творящееся буквально под боком, и сетовал на бумажный завал, из которого ему предстоит выбираться по меньшей мере месяц.
