Лукас Ричардс, 1998
Детство Элайджи Коула было далеко не идиллическим. Как и у многих серийных убийц до него, его ранние годы отмечены издевательствами и насилием. Отец его был пьяницей, регулярно избивавшим свою жену; мать – тихой, непритязательной домохозяйкой. Возможно, дальнейший ход событий вполне можно было предугадать, но никто так и не вмешался, когда 20 июня 1968 года, в четверг, Люси Коул зарезала Мориса Коула кухонным ножом. Сильно избитая, придушенная и брошенная умирать, она все-таки нашла в себе силы отомстить обидчику. Все это происходило на глазах у Элайджи Коула. Тогда ему было 11 лет.
Но, вопреки многим из этих историй про серийных убийц, сам Элайджа Коул не стал домашним тираном. Совсем наоборот. Вот что он говорит про тот день: «Зная, через что он заставил пройти мою мать, я решил быть лучшим мужем и отцом, насколько это только возможно. Никогда не поднимать руку на свою жену. Быть нежным и добрым со своими детьми».
Некоторые предполагают, что после смерти жены он повредился умом от горя. Другие утверждают, что инстинкты убийцы у него были всегда – но только подавленные под воздействием обожания супруги.
Какова бы ни была причина, имеющиеся на данный момент сведения подтверждают ту решимость Коула – несмотря на то, что он творил с женщинами, найденными в принадлежащем ему флигеле. Насилуя, пытая и убивая их, он ни разу не поднял руку на свою жену. Соседи описывают Элайджу и Джоанну Коул как неразлучную пару глубоко влюбленных друг в друга людей, просто души не чаявших в своей дочери Ромилли. И хотя некоторые описывают Элайджу Коула как психопата-садиста, одного у него не отнимешь: он был хорошим мужем и отцом.
Адам неподвижно стоит перед человеком, которого знает лишь по газетным и телевизионным репортажам, по шепоткам в отделе полиции, легендам и преданиям. И он совсем не такой, как ожидал Адам.
Элайджа Коул чисто выбрит, от него пахнет мылом и стиральным порошком. Волосы аккуратно зачесаны со лба на проплешину на макушке, но держатся лучше, чем у большинства мужчин его возраста. Выглядит он именно так, как его описывали много лет назад: славный дядька, приветливый и обаятельный. Типичный сельский врач, которого в жизни ни в чем не заподозришь.
– Старший детектив-инспектор Бишоп… – начинает Коул. – Приятно наконец-то познакомиться с вами воочию. Хотя на вашем месте я бы предварительно принял душ и побрился, просто из элементарной вежливости.
Он протягивает руку, дружелюбно и любезно. Адам пристально смотрит на него, затем садится напротив, скрестив руки на груди.
– Ну-ну, – насмешливым тоном продолжает Коул. – Не надо быть таким букой. Это ведь не мне приспичило с вами повидаться.
Запрос на посещение был согласован в кратчайшие сроки. Опять повезло. Адам даже удивился.
– Да, это так. И почему же вы согласились?
Доктор склоняет голову набок.
– Чисто из любопытства, – отвечает он. Адам чувствует, как оценивающий взгляд пробегает по его лицу, вниз по груди к рукам, а затем обратно наверх. Глаза у Коула просто-таки невероятно темные, на тонких губах играет улыбка. – Вы ведь тот человек, за которого вышла замуж моя дочь… Хотя кажется немного странным видеть вас здесь именно сейчас. Насколько я понимаю, – заканчивает доктор со смешком, – вам выдалась не самая лучшая неделя, детектив?
Адам отказывается заглатывать наживку.
