– Ты хочешь поговорить об этом? – спросил он. – Он что-то тебе сделал?
Она покачала головой.
– Он подстроил все так, что Эдриенн оказалась в паре с кем-то другим для тренировки. Мне следовало просто отказать ему, но… – снова покачала головой. – Утомительно постоянно защищаться, постоянно быть вынужденной не соглашаться. Иногда просто проще…
– Вот, – заявил Талемир, сдерживая свой гнев со всей силой, на которую был способен.
– Вот что?
– Вот поэтому я и вмешался. – Он пристально посмотрел ей в лицо, чтобы она поняла, что он говорит серьезно. – Тебе не следует нести это бремя в одиночку.
Дрю застыла. На мгновение она казалась отстраненной, как будто вспомнила каждый подобный случай из своего прошлого. Она медленно кивнула.
– Спасибо.
Талемир склонил голову.
– Ты бы убил его, – констатировала она.
– Без единой мысли.
– Но ты этого не сделал… Почему?
– Ты не хотела, чтобы я его убивал.
– Так просто? – Она приподняла бровь, глядя на него. – Вот так просто, могучий Воин Меча в моем распоряжении?
Боги, он хотел поцеловать ее, хотел сказать, что его сердце, полное теней, принадлежит ей, и только ей одной, и она может распоряжаться им, как пожелает.
Вместо этого он выдавил из себя смешок.
– Не забивай себе этим голову.
Дрю посмотрела на него с серьезным выражением лица.
– Научи меня. Не хочу быть единственной наарвийкой, которая пропустила тренировку из-за какого-то придурка.
– Ты видела наши уроки.
– Этого недостаточно. Покажи мне. Позволь увидеть, как победить тебя.
Так Талемир и сделал.
Снаружи Уайлдер наблюдал за оставшейся частью пар вместе с отцом Дрю, Фендраном, который проверял каждое оружие. Мастер кузнецы сидел за самодельным столом на городской площади, а наарвийцы выстраивались перед ним в очередь, чтобы отдать свои клинки.
Когда Талемир и Дрю вернулись, Талемир увидел, что руки пожилого мужчины дрожат, держа каждый клинок и протягивая его перед собой. По тому, как Дрю вздохнула рядом с ним, он понял, что она тоже это заметила, поэтому не колеблясь подошла к отцу. Там девушка что-то прошептала ему, и Талемир проследил за тем, как ребенок пытается успокоить своего родителя, но нахмуренный лоб Фендрана так и не разгладился.
– Он беспокоится за нее. – Слева от Талемира раздался голос Эдриенн, и, обернувшись, он увидел, что генерал прислонилась к ближайшему столбу, не сводя глаз с Эммерсонов. – Фендран уже потерял жену и четырех сыновей из-за этой проклятой войны…
– Он не потеряет Дрю, – ответил Талемир. – Только не в мою смену.
– И не в мою, – поклялась она. – Но не забывай, что он стар. Хоть всегда выглядит таким сильным и суровым в кузнице вокруг своих молотов и огня. Здесь, снаружи… он более хрупкий, чем я его помню. Я думаю, Дрю тоже это понимает.
– Он не должен участвовать в битве, – сказал Талемир.
К его удивлению, Эдриенн приняла его требование и кивнула.
– Я уже отдала приказ.
Вскоре наступил полдень, и Эдриенн собрала наарвийские войска. Талемир снова оказался рядом с Уайлдером, их жеребцы были готовы нести своих всадников.
Воин Меча с облегчением увидел, что Дрю едет рядом с генералом, а подонка Колтана нет на горизонте. Мужчина сомневался, что сможет снова не прикончить этого нахала, если увидит его после вчерашнего.
Его взгляд снова остановился на Дрю…
– Ты раскрываешь свою душу, когда принимаешь эту нашивку, – сказал Уайлдер, кивая на значок из трех клинков, украшавший перевязь на бицепсе Талемира.
Талемир перевел взгляд со своего значка с мечом на Дрю, сидевшую напротив.
– К чему ты это?
– Это говорит миру о твоей слабости, Тал.
Талемир заставил себя смириться с правдой этих слов.
– У меня нет слабостей, – сказал он своему протеже.
По команде Эдриенн они отправились в дорогу. Полдня пути до крепости пролетели быстро, а с наступлением вечера они разделились на небольшие группы и окружили крепость, как и планировалось. Вокруг них сгустилась ночь, и, не раздумывая, Талемир встал рядом с Дрю, где они вместе ждали сигнала генерала.
На вершине холма, откуда открывался вид на базу бандитов, наарвийские отряды расположились на расстоянии восьмисот метров друг от друга. В темноте наконец прозвучал сигнал: три ровных взмаха факелом.
Повернувшись в седле, Дрю встретилась лицом с Талемиром.
– Готов? – спросила она.
– Готов, когда будешь готова ты, – ответил он.
Вместе они повели отряд вниз по склону, наконец-то атаковав крепость налетчиков.
Сердце Дрю безжалостно колотилось, кровь шумела в ушах, когда они атаковали крепость со всех сторон. Взмах меча заставил надежду запеть внутри ее, потому что больше всего на свете она хотела, чтобы предатели получили по заслугам. Для нее налетчики были хуже, чем духи, которые наводнили их земли и разрушили их королевство: они ополчились против собственного народа.
Вместе с остатками своего небольшого кавалерийского подразделения Дрю ворвалась на внешний периметр деревни. Раздались крики, и из зданий выскочили вооруженные люди.
Они ожидали этого, планировали это. Наблюдение, которое вели она и Талемир, вознаградило их в десять раз.
