«Черт возьми! Почему моя жена не нарезает лук тоненькими колечками? Это же красиво, эстетично! Почему сковороду с жареной картошкой надо ставить посреди стола, а не положить порцию каждому в отдельную тарелочку? Зачем эти цветы на окне? Они только мух приманивают и свет загораживают. На кой черт у нас в гостиной лежит палас, который надо пылесосить каждую субботу? Когда дети ползали по нему, палас был необходим, а сейчас-то он зачем? Выпавшие волосы собирать? Выброшу герань, как только руки дойдут!»
В автобусе пассажиров почти не было. Абрамов сел неподалеку от выхода, вспомнил фигуру свидетельницы, вырез на халате и представил, как грудь Светланы поместится в его ладони. Почувствовав на себе неодобрительный взгляд, он посмотрел на выход из автобуса и увидел, что на него с величайшим изумлением уставилась женщина в светлой куртке. Ей было на что посмотреть! Забыв, где находится, Иван правой рукой шевелил растопыренными пальцами, словно пытался охватить невидимый мяч.
– Баскетбол! – сказал Абрамов. – Кубок Сибири!
Женщина ничего не ответила и вышла на остановке.
Заждавшаяся мужа с работы Ника встретила супруга в прихожей. Недовольно принюхалась и спросила:
– От тебя вином пахнет, что ли?
– Встречался с важным осведомителем в рюмочной. Пришлось выпить немного для маскировки… А ты что подумала? – с вызовом спросил он.
– Ничего, – смутилась от собственной бестактности Ника. – Просто как-то необычно, но если для дела, тогда да, конечно, надо было выпить.
– Пошли спать! – устало сказал Иван.
Прошедший день был одним из лучших в его жизни.
После утреннего развода в кабинете начальника уголовного розыска остались Агафонов, Кейль, Семенюк и Абрамов.
– Что там у тебя, Ваня? Выкладывай! – предоставил слово сгорающему от нетерпения Абрамову начальник ОУР.
– Убийца – Пономарев! – выпалил Иван. – Его Абызова в ту ночь видела.
– Не спеши, мы не на скачках! Давай обо всем по порядку, а мы потом все вместе решим, убийца он или нет.
Абрамов хорошо подготовился к совещанию. Начал он сумбурно, но быстро привел мысли в порядок.
– В день убийства Фурмана Абызова вышла покурить и увидела, как из лога по направлению к дому Фурманов идет мужчина с карманным фонариком. Было уже темно. В логу кое-где оставались лужи, так что фонарик был просто необходим, если не хочешь наступить в грязь. Лица мужчины Абызова не видела, но кто еще мог подниматься из лога? Никого в той части садоводческого товарищества в пятницу больше не было.
«Лихо он раскрутил Абызову! – удивился Кейль. – Я думал, что все из нее вытащил, оказывается – нет! Самое важное она утаила, а Ване выложила все как на духу! Чудеса, да и только!»
– Я хочу напомнить вам показания Евдокимова, – продолжил Абрамов. – Фурман и Пономарев буквально помешались на покупке соседнего участка. Они оба пошли на принцип и были готовы на все, лишь бы завладеть этой землей. Теперь давайте отвлечемся на минуту и зададимся вопросом: зачем вообще все, прямо или косвенно замешанные в этом деле, оказались в садах? Я не большой специалист в сельском хозяйстве, но у матери на участке работать приходится. Так вот, в это время года и при той дождливой погоде, что стоит с середины апреля, делать на мичуринском участке нечего. Земля еще сырая и холодная. Накопившийся за зиму мусор будет некуда деть. Обычно его сжигают, но в прошлую пятницу этот номер бы не прошел – слишком сыро было.
