– Роно? – Майлд рассмеялась и сказала: – О, прошу прощения, леди Шун, но в комнате нет никакого призрака Роно. Единственный призрак, который гуляет по этим комнатам, – старый лорд Пайк. Точнее, так он звался от рождения, но все горничные в особняке называют его «лорд Гляделка» – уж очень он любит подсматривать за девушками, когда они переодеваются! Моя матушка рассказывала, что он прятался в…
– Хватит на сегодня историй! – твердо заявил я.
По лицу Пенси уже было видно, что завтра она попросит расчет. Веселые искорки в глазах Риддла не улучшили моего настроения. Мне хотелось лишь добраться до постели.
Я проговорил хозяйским тоном:
– Майлд, будь любезна, помоги Риддлу обустроить место для ночлега у дверей леди Шун. Леди Шун, если вы не хотите спать в одиночестве, мы предлагаем вам Пенси. И только ее. Пенси, завтра тебе заплатят за эту ночь сверх жалованья. И на этом, дамы и господа, все. Я иду спать. Хватит уже суматохи после столь тяжелого дня.
– Если призрак Роно задушит меня ночью в отмщение за свою смерть, надеюсь, ты найдешь что сказать в свое оправдание лорду Чейду по поводу того, как ты меня «защитил»!
Она швырнула в меня слова, точно камни. Я не обернулся. Я знал, что перекладываю бремя забот на плечи Риддла. И знал, что он справится. Ему-то хоть немного удалось поспать, и он этой ночью никого не убил и не сжег ничье тело.
Я открыл дверь в комнату Би. Пусто. Значит, она додумалась переодеться и пойти в мою спальню. Пройдя немного по коридору, я открыл свою дверь и замер. Ее не было и там. Мой Дар ясно говорил: комната пустая и холодная, внутри никого. Огонь в камине почти погас.
Я высоко поднял свой канделябр, пытаясь понять, заходила ли Би сюда. Насколько я мог судить, ничего не изменилось с тех пор, как я побывал в своей спальне в последний раз. Привычка заставила меня подойти к камину и подбросить дров.
– Би? – тихонько позвал я. – Ты где-то здесь прячешься?
Я стянул с кровати скомканные одеяла, чтобы убедиться, что она не спит, зарывшись в них. Смятые простыни и вонь мужского пота убедили меня, что это место показалось бы ей непривлекательным убежищем. Нет. Она сюда не заходила.
Я вернулся в ее комнату. В коридоре было тихо. Риддл открыл глаза и поднял голову, когда я шел мимо. Я сказал ему, что просто проверяю, как там Би. Мне не хотелось сообщать, что я понятия не имею, где именно «там». От одной мысли о том, что он доложит Неттл, какой беспорядок у меня дома, я поморщился. Призраки, забившиеся дымоходы и недоученная прислуга – пустяки в сравнении с потерянной младшей сестрой Неттл.
Держа канделябр в поднятой руке, я вошел в ее спальню и тихонько позвал:
– Би, ты здесь?
На голой кровати ее точно не было. Я ощутил укол страха. Не забралась ли она в постель в комнате для горничной? Какой же я дурак, что не сжег и те тряпки сразу…
– Би? – позвал я громче и в два шага пересек комнату и вошел в смежную.
Пусто. Я попытался вспомнить, как она выглядела в последний раз. Разве бо́льшая часть постели лежала не на полу, а на кровати? Я взмолился богам, в которых едва ли верил: только бы Би ее не трогала. Комната была такой маленькой, что мне понадобилась секунда, чтобы понять: ее тут нет. Я вышел и в приступе ужаса бросился к ее сундуку с зимней одеждой. Как часто я себе напоминал, что ей нужно что-то поменьше, с более легкой крышкой? Я представил себе, что она упала внутрь, разбила голову и задохнулась в темноте…
Но там была только ее одежда, запиханная как попало и скомканная. Меня захлестнуло облегчение с примесью тревоги. Здесь ее нет. Я испытал приступ раздражения из-за того, что ее вещи хранятся в таком беспорядке. Неужто слуги покинули и эту комнату, когда я прогнал их из своей? Я подвел своего ребенка во многом, но больше всего – в том, что этой ночью потерял ее. Моя нога что-то зацепила, и я, посмотрев на пол, увидел кучу мокрой одежды. Одежда Би. Значит, здесь она переоделась. Она была тут, и теперь ее нет. Где же она? Куда могла пойти? В кухню? Может, она проголодалась? Нет. Она испытывала беспокойство и даже испуг. Так куда ее могло увлечь?
И я понял.
Напустив на себя безмятежный вид, я прошел мимо Риддла и сухо проговорил:
– Спокойной ночи!
Он проследил за мной взглядом, а потом одним плавным движением оказался на ногах.
– Я помогу тебе ее искать.
Я ненавидел его проницательность и одновременно был благодарен за нее.
– Тогда ступай на кухню. Я проверю свой кабинет.
Он кивнул и трусцой побежал вниз. Прикрывая пламя своих свечей, я двинулся следом. У основания лестницы наши пути разошлись. Я повернул в сторону своего личного кабинета. В коридорах, по которым я шел, было тихо и темно. Когда я дошел до двойных дверей кабинета, они оказались закрыты. Вокруг царила тишина.
