— Ты смотри Тиану это не скажи, — расхохотался Асвальд. Пока Миро творил портал прямо из номера, он немного освежил Шуну память на счет пауков, но прошелся лишь по верхушкам. — Как сейчас выглядят родоссцы, какие кибернетические тела себе создают — мы до сих пор не в курсе. Мы ведь просто по привычке называем их пауками, потому что видим их в Игре как пауков. Но! Система копирует образ с генома, а в Игру могут зайти лишь канцлеры, у которых не синтетический, а настоящий мозг. Ясное дело, что система воссоздает именно то тело, которому раньше этот мозг принадлежал. А не то синтетическо-кибернетическое, в которое его впихнули. Так что… именно настоящие родоссцы были пауками. Мирными, очень развитыми технически и творчески.
— И абсолютно беззащитными, — сказал низкий голос позади.
Шун развернулся и заметил темное пятно, маячащее за Асвальдом. Рина потянула Шуна за руку, выводя в следующую пещеру, почти такую же большую, как и первая. Мальчишка вышел следом и склонил голову, приветствуя того, кто шел за ним. Рина и Миро тоже поклонились, Шун запоздало последовал их примеру.
— Так это и есть ваш принц? — спросил паук, выбравшись из узкого коридора и распрямив лапы. Он взмыл над гостями, тихонько заурчал, словно потягивался после долгого сна, а потом осел на землю, подобрав лапы под себя. Яркие фасетчатые глаза блеснули зелеными огоньками. — Какой тощенький.
Гости поприветствовали хозяина дома со всеми почестями, Шун внимательно следил за каждым их движением и словом и старался повторить все без ошибок. Руки его подрагивали от волнения, а то, что он испытывал в данный момент, Шун мог бы описать всего одной фразой — благоговейный трепет. Даже будучи в правах наследного принца, он и подумать не мог, что когда-нибудь встретится с живой легендой.
— Можешь посмотреть, что за заклятие на нем? — спросил Миро, усаживаясь напротив паука.
Он взмахнул рукой, запуская вверх шар магического огня. Тот многократно скопировался, освещая пещеру. Теперь можно было заметить, что ее своды украшены мелкими рисунками, состоящими из дугообразных линий.
Рина и Асвальд тоже сели, Шун плюхнулся чуть ближе к пауку, с неудовольствием отметив, что каменистая поверхность довольно болезненно врезается в тело.
— Смени, пожалуйста, лицо. В кои-то веки вижу старого друга. И совсем не узнаю, — буркнул хозяин дома.
Шун скосил глаза, наблюдая, как преображается внешность Миро, а на губах его расцветает по-настоящему теплая улыбка.
— Так-то лучше, — прогудел Тиан. — На тебя всегда было приятно посмотреть.
Он протянул вперед чешуйчатую лапу, осторожно завел ее за шею Шуна. У того появилось крайне странное ощущение — словно к затылку прикоснулись, хотя лапа паука так и висела в воздухе, а потом из основания его черепа что-то медленно потекло — неохотно и тягуче. Паук поднес лапу к глазам, от нее к Шуну тянулись подрагивающие серебристые нити.
— Какая тонкая работа… так бы даже я не смог! — восхитился Тиан. — Но это… не проклятие. Точно не оно.
— А что тогда? — тихо спросил Миро.
— Защитное заклинание. Очень мощное.
— Защитное?! — Шун ошалело уставился на серебристые нити. — Вы уверены?
— Абсолютно. Оно не создает вокруг тебя барьер или что-то в этом роде… его работа намного тоньше и незаметнее. Оно… хм… как бы получше выразиться?
— Ломает намерение… — закончил за него Миро.
— Да. Да… — Паук обратился к Шуну: — У тебя бывали случаи, когда нападающий вдруг резко терял к тебе интерес?
— Бывали… — потрясенно выдавил Шун. — Несколько раз так и было. Ох… так тот человек с рыбьими глазами… он…
«Он тогда имел в виду Стального Пса, а вовсе не Миро…»
— Человек с рыбьими глазами? — спросил где-то позади Асвальд. — А вот тут давай-ка поподробнее.
Шун вкратце пересказал им оба случая, когда он сталкивался с этим неприятным типом, и совершенно неожиданно услышал из-за спины звонкий детский смех.
— Видимо, тот гаденыш не просто так стал биться головой об стену! Может, дело и не в тебе тогда было. Он улизнул под шумок в Игру, чтобы поскорее о нас доложить.
— Похоже на то, — согласился Миро.
— Прошу прощения? — вежливо сказал Тиан.
— Пару недель назад мы задержали этого рыбьеглазого горе-художника в реальности, — пояснил Миро. — Потому что вот он увидел на его картине слово «Шанталар». Если честно, мы тоже пробовали его увидеть, но…
— Ты действительно его увидел? — спросил Тиан у Шуна.
— Я?
— Он же в полном погружении… — напомнил Миро.
— Это дело поправимое.
Паук подполз чуть ближе, протянул две лапы к вискам Шуна. Фасетчатые глаза потухли.
— Вы… можете его разбудить?
— Конечно. Система предоставила мне практически полный досту… хм.
— Что?
— Какой… интересный… молодой человек. — Глаза паука снова засияли зеленым. — Я не могу его разбудить. Я бы сказал, что это невозможно, но… у меня ничего не получается.
