— А вы не думали, что дело тут совсем не в Предтече? — спросил Ганнер негромко. Он обходил одну капсулу за другой, скидывая показатели сигнатур на свою мобильную панель. — Госпожа Гала, возможно, права. Шун нужен им зачем-то еще. Да, все это время он был слабеньким игроком. Но сейчас…
— Давай-ка погружайся, — кивнул Асвальд Миро. Тот вздохнул. Федерал повернулся к Рине и добавил: — А ты вызови сюда бригаду врачей.
* * *
Очнувшись, Шун долго пялился в белесое небо, собираясь с мыслями. Оплавленные ветви корявых деревьев красиво мерцали в золотом свечении, что лилось с правой стороны. Шун скосил взгляд и несколько секунд смотрел на барьер. Потом почему-то подумал о том, что барьеры не защищали от монстров и не делили пространство битвы на круги, а скорее отделяли мир Игры от другого мира, чуждого и совершенно непонятного.
Он медленно встал, ощущая в теле непривычную легкость, подошел к стене золотого света. Интересно, сколько он продержится теперь? Должно быть не менее пятнадцати секунд, верно?
— Хм…
Шун озадаченно уставился на сияние, которое обтекало его ладонь, создавая довольно внушительный пузырь. Повинуясь какому-то непонятному внезапному порыву, Шун развел руки в стороны, и барьер перед ним послушно дрогнул, растекся по сторонам, создавая безопасный проход. Это сколько же силы передал ему Кацу? Столько не было даже у имбы. Невероятно…
Шун медленно пошел вперед.
Поначалу он озирался по сторонам и все ждал, что везение вот-вот покинет его, барьер сойдется над головой, хороня в своем огненном горниле. Но постепенно успокоился, шаги его стали уверенней и тверже. Свечение мерцало слева и справа изогнутыми стенками, их поверхность мелко вибрировала. Впереди маячило темное пятно.
Барьер вернул себе целостность, лишь когда Шун отошел от него шагов на двадцать-тридцать. Две волны обрушились друг на друга, разбрызгивая в пространство крупные золотые капли. Шун несколько секунд созерцал это зрелище, потом огляделся.
По эту сторону тоже царил туман, вот только был он темно-серым, практически черным. В вышине он густел, полностью скрывая небо, и было не понять, какое сейчас время суток. Источником света тут служил барьер да размытые белесые пятна вдалеке. Всего Шун насчитал их восемь.
Он не знал, в какую сторону держать путь, никаких стрелок или других указателей тут не имелось, так что первым делом Шун обошел барьер по периметру. Не нашел никаких тропинок и просто направился вперед, оставляя столб свечения за спиной.
Через несколько минут пути Шун вдруг понял, что дышится в этом месте труднее, и воздух имеет хоть и очень слабый, но неприятный металлический запах. Поначалу этот факт лишь скользил по краю сознания и не доставлял никаких физических или психологических неудобств, но со временем запах начал казаться Шуну все более и более навязчивым. От него даже появилась небольшая тошнота.
Шун остановился и еще раз осмотрелся. Пройденный барьер теперь тоже выглядел размытым в сумерках пятном, вот только цвет имел желтоватый, теплый. На пути так и не появилось ни одного указателя или хоть какой-то подсказки, и это казалось совсем уж странным. Шун никак не ожидал, что после безоговорочной победы и преодоления барьера ему снова придется что-то делать, находить выход из ситуации, а не наслаждаться лаврами, преподнесенными на блюдечке. Что это вообще за победа такая?
Он попытался найти информацию на панели, но та не раскрылась. Он покричал — никакой реакции, даже эха. Сумеречный мир был стерильно-тихим.
Так как ничего выдающегося тут больше не имелось, Шун пошел в сторону ближайшего светлого пятна. Идти пришлось довольно долго, и добравшись, Шун уткнулся все в тот же столб света, что бил в темную высь. Вот только никаких символов на нем не было. И рука, которую Шун сунул в его глубины, не почувствовала ни жара, ни хотя бы тепла. Столб выглядел как барьер, выключенный кем-то по неизвестным причинам.
От нечего делать, Шун дошел еще до двух таких пятен, осмотрел неактивные барьеры и подумал о том, что, возможно, когда-то это место было связано с другими мирами, как сейчас — с пространством Игры. Интересно, если бы была возможность пройти туда, за барьер, что бы Шун там увидел? Райские сады? Мертвые земли? Или пылающие города?
Не найдя ничего интересного, он решил вернуться к тому месту, из которого пришел, чтобы снова поискать там хоть какую-то подсказку. Может, первый раз он смотрел недостаточно хорошо? Пригляделся и зашагал в сторону теплого пятна. Мысли его скакали с одного на другое, не останавливаясь ни на чем конкретном, а внутри была странная уверенность, что все обязательно будет хорошо. Шун ухватился за это ощущение и с удивлением обнаружил, что совершенно не волнуется и не паникует, хотя все поводы для этого были. Но у него словно вырос еще один орган, отвечающий за связь с будущим. И этот орган сообщал ему, что направление задано верное, никаких сложностей и препятствий впереди не предвидится. Хм…
"Интересно, — подумал Шун. — Именно так чувствует себя человек, находящийся в позиции контроля?"
