— Если правду рассказывают на своих проповедях священники и бог солнца Ругвид действительно сотворил землю и человека, то злой бог подземного мира Диалунг должно быть сотворил не только нелюдей, но и всех врагов нашего королевства!
Аллард не часто бывал в рабочей комнате советника, как правило, получая там особо важные указания и назначения. Обычно свои поручения верноподданный короля выдавал либо в дворцовом саду, либо на винтовой лестнице Сумрачной башни — там, где отпадала малейшая возможность подслушать их разговор. Бывало, что слова советника передавал Кристоф, но с каждым днем это случалось все реже и реже. И хотя Аллард не ведал полной картины происходящей войны в дворцовых коридорах и залах, но ощущение, что все начало стремительно менять в худшую сторону, уже давно не покидало его. И на то были веские причины. Прежде всего, сократился поток новых агентов, которых раньше привлекали в свои ряды орсальцы. Старые же шпионы, служившие Девлету, внезапно либо предавали интересы своей партии и переходили на сторону Блейка, либо просто исчезали без вести. В таких условиях советник вынужден был сократить наем своих новых слуг, ограничиваясь только приемом наиболее проверенных людей.
В этот день Аллард застал советника в мрачном и подавленном состоянии, которое, несомненно, усилило вино, принятое им после обеда. В его рабочей комнате царил непривычный беспорядок, а сам он сосредоточенно склонился над большой картой континента.
— Посмотри сюда, — указал он рукой на пожелтевшую от времени бумагу. — Только взгляни, в какой волчьей стае оказался наш лев! Арондал огромен и могуч, но только для невежественного крестьянина, который не разбирается в тонкостях политики. Наше королевство не является единым целым и это его главная беда. Герцогства Антинары, Шелвида и Элгона только и ждут удобного момента, чтобы скинуть свои оковы вассалов и получить полную независимость. А может и того хуже — примкнуть к нашим противникам, чтобы помочь им быстрее уничтожить Арондал. Я рассчитывал на Травени, как на человека, способного расколоть единство этих бунтарей. Но на днях душа герцога покинула этот мир. По своей воле или нет — это даже не имеет значения. Важно то, что его строптивый отпрыск с удовольствием бросился в объятия своих соседей.
— Разве герцог Антонио не клянется при каждом удобном случае его величеству в верности до гроба? — осторожно спросил Аллард.
— Это лишь пустые слова. Точно также кошка просит у своего хозяина пищу, а получив желаемое, не упустит возможность укусить руку, из которой ее кормят, — покачал головой советник. — Жаль, что король не стал вести со своими вассалами дела так же, как вел их в свое время Джон Гневный. Но, что сделано, то сделано. Пока Грегар был здоров, герцоги вели себя тише мышей. Но сейчас король быстро теряет силы и уже не имеет возможности даже сойти со своей кровати. Эти стервятники почувствовали слабость нашего правителя и ведут себя куда наглее, чем раньше. Еще бы, ведь за их спинами стоит сам Зигфрид со своей восточной империей Виндланд. Хотя между нами и лежат труднопроходимые Железные горы, но разве этого тирана может остановить хоть какая-то неровность на теле земли? Премного жаль, но даже в этом дворце нет единого мнения дать отпор нашим врагам. Напротив, эти противоречия между династиями Блейков и Орсальцев могут в любой момент вылиться в настоящую междоусобную войну. И вот тогда нас всех ждет незавидная участь. Пока нам удавалось избегать открытых столкновений с Розмундом, однако угасание короля для них стало сигналом по активизации борьбы за престол.
— Но и это еще не все наши недруги. Посмотри сюда, — Девлет сердито стукнул кулаком по карте, — мы окружены со всех сторон недобитыми врагами и ненадежными союзниками. На западе вновь начал поднимать голову Мейлинд. Десять лет прошло с тех пор как Грегар разбил их в пух и прах, но они не сидели все это время сложа руки. Мы отняли у них плодородные земли, и теперь они готовятся вернуть их обратно. И этой войны нам не избежать. Возможно, уже завтра король примет решение повторить свой победоносный поход. И это меня очень беспокоит, ведь силы в королевстве не те, что раньше, а вассалы вряд ли захотят помочь нам своими солдатами. Это будет последний прыжок смертельно раненного льва. Без войны мы еще протянем лет пять, но даже боги не ведают, что произойдет в ином случае.
Советник в волнении прошелся вокруг стола и встал рядом с Уинсоном, пристально глядя ему в глаза.
