Принцу не нужно было смотреть мужчине в лицо, чтобы понять — тому хотелось похвастаться. Всего несколько недель, а уже такие успехи! Ведь Гафур ожидал, что намучается с новеньким; принц дал лишком короткие сроки, и в них почти невозможно было уложиться.
— Не ожидал, сам не ожидал, Лисаяр джан. Превосходный экземпляр, превосходный…
— Бросьте, — Лис был не в настроении продолжать пустые расшаркивания, — лучше расскажите, друг мой, как он ведет себя с другими рабами.
Гафур откашлялся, пытаясь придумать во время заминки правильный ответ, однако, ему все равно казалось, что принц почувствует, выловит даже самую малейшую лож, что скрывалась за сладкими речами, которыми он потчевал обычных клиентов. Побрали бы зыбучие пески этого императорского отпрыска! Будучи самым щедрым из покупателей, он являлся ещё и самым неудобным из них. К такому не знаешь с какой стороны подступиться, чтобы не попасть в немилость.
— Скверно, — Наконец выдавил он из себя, предпочтя ответить правдиво, но мягко, — Ни с кем не общается, постоянно устраивает стычки, недавно покалечил сокамерника. Хороший был товар! Я много потерял, потратившись на его лечение! Пришлось моим парням сбить спесь с этого вашего зверёныша, но ему все без толку!
— Я оплачу непредвиденные расходы, — бесцветно отозвался Лис, быстро распознав куда клонит работорговец.
Он беспечно шаркнул носком дорогой туфли по каменной поверхности пола, и вниз полетело мелкое крошево, падая на головы ближе стоящих рабов. Брата это наверняка бы позабавило… Лису же внезапно стало противно от самого себя, но он быстро загнал эти мысли куда подальше.
В это время его новая игрушка что-то не поделила с одним из верзил Имрана. Принц упустил момент, в который начался конфликт, да и вряд ли он мог бы разобраться в его причинах, наблюдая за происходящим с такого расстояния, но тут же акцентировал своё внимание на пяточке свободного пространства, посреди которого стояли два разгоряченных противника. Один высокий и поджарый, второй будто целиком состоящий из плетей сухих мышц.
— Позвольте, я сейчас все улажу, — протараторил Гафур, видимо желая подать знак охране, чтобы те предотвратили назревающую драку, но принц отмахнулся.
— Не надо, я хочу на это посмотреть.
— Но Мортак мой чемпион! Он уже побеждал во многих боях, и боюсь ваш подопечный…
— Я сказал не надо! — Не дав работорговцу договорить, оборвал Лис.
Парень как раз выкрикнул местному чемпиону в лицо что-то едкое, и на шее того в одну секунду вздулись жилы. Покраснев, он бросился на своего оппонента с клинком, но удар тут же был парирован.
— Великолепная реакция.
Остальные рабы, жадные до зрелищ, заулюлюкали подбадривая противников. "Мортак, врежь ему!" — скандировала одна половина, но что кричала вторая принц так и не смог разобрать.
— Как они его называют? — Заинтересованно спросил Лис.
— Дишкари, — сдавленно отозвался Гафур, словно оправдываясь, — безумный демон. Большинство здесь — народ темный, все ещё верят в легенды, которые скрывает в себе пустыня.
Принц попробовал прозвище на вкус, повторив его про себя.
— Занятно. Вам ли не знать, Имран джан, что многие легенды правдивы?
— Мне и Шиа хватает.
Лис усмехнулся. Его личный демон сделал удачную подсечку, повалив своего противника наземь, а потом точным ударом ноги выбил оружие из чужих рук. Но этого ему показалось мало… Наступив на скрюченные пальцы мужчины, будто не замечая, что тот уже повержен, парень с силой вдавил их в землю, заставляя кости хрустеть под своим каблуком.
Чемпион заскулил от боли, наблюдая за тем его пальцы стремительно превращались в искорёженное и бесформенное месиво.
В толпе кто-то дико расхохотался, а победитель, закончив с ладонью, с тем же хладнокровием ударил лежачего по лицу.
— Этого довольно, — произнес Лис, отворачиваясь, — а вы боялись, что мой подопечный пострадает.
Гафур сглотнул, предпочитая не говорить о том, что боялся не за отродье принца, а за своего чемпиона, который теперь месяц не сможет принимать участие в подпольных боях. Тысяча бешеных тварей, он все ещё продолжал его бить! Дар, который держался в строгом секрете, и способности к боевым искусствам у этого парня бесспорно порадовала Имрана, но его склонность к жестокости порой поражала даже бывалого работорговца.
Обычно подобного рода неповиновение жестоко наказывалось, но принц ещё в первый свой визит запретил подавлять эти порывы. Какой прок от раба, который не знает своего места? Гафур дивился этой странной прихоти нанимателя, но быстро закрыл на неё глаза. Даже если дикарь захочет перерезать новому хозяину глотку, это будут уже не его проблемы.
— Растащите их, — сухо приказал мужчина охране, которая вечно стояла неподалёку.
Слава Рахшару, принц уже собирался уходить. Развернувшись, он направился к выходу больше не смотря вниз. Работорговец едва скрыл облегчение.
— Уже уходите? Позвольте я вас провожу. Расскажите, как поживает ваш брат?
