Вчера всего этого великолепия было не видать, потому как въехали они на территорию жилого пятачка королевской земли в кромешном мраке. Усталые, раздражённые, голодные и нервные, кузнец и его случайный попутчик проявили куда больше интереса к тарелке горячего супа и койке, чем к устройству местного житья-бытья. Но теперь, когда утро только вступало в свои права, полюбоваться всласть Максиму ничто не мешало. На постоялом дворе, единственном на много километров вокруг, их приняли радушно, накормили вкусно и комнату предоставили замечательную. Хозяйка лично сопроводила новых гостей в их «номер», лишними и неуместными вопросами о происхождении Макса никому не докучала — словом, произвела впечатление не менее благостное, чем вся эта деревенька. Кузнец, плативший за их банкет, без зазрения совести занял кровать, а Путнику досталась кушетка, но жаловаться он на условия обитания не собирался. В конце концов, и так неплохо: опрятно и чисто, простынка (вернее, её местный аналог) свежая, владелица преклонного возраста — дружелюбная хохотушка, другие жители деревни — улыбчивые и работящие. Рай, а не условия.
И почему-то нахмурился.
Пока трудолюбивые крестьяне, выкарабкавшись из светлых и чистых как на подбор домишек, принимались за работу, Макс, постаравшись особо не бросаться в глаза, наблюдал за их действиями и размышлял. Бесспорно, находиться в такой благоустроенной деревеньке приятно: повсюду грядки, ровные как по линейке, высаженные практически по законам золотого сечения плодоносные деревья, опрятное зверьё, добрые лица со всех сторон… Ровные дороги, чистота, узорчатые наличники, нигде ни ямки, ни ветки случайно упавшей, ни навоза кучки. Странная деревня, словом.
Казалось бы — любуйся да радуйся, что где-то в мире остались ещё вот такие уголки. Но Путник, чем дольше всматривался в детали, тем сильнее нервничал — и сам не мог до конца сформулировать причину, почему.
В поникшем расположении духа возвратился Максим к постоялому двору. Вездесущие курицы, игнорируя потенциальную опасность, исходившую от пересечения тракта, уже добрались до небольшого садика, разбитого возле главного входа в мрачный прямоугольник трактира. Спар, проснувшийся и уже позавтракавший, судя по всему, с крынкой в широкой мозолистой руке вышел на веранду и прислонился к одной из балок, держащих покатую крышу над крыльцом. Щурясь не то от солнца, не то спросонья, он напомнил парню жирного и избалованного всеобщей любовью кота — пушистого, лоснящегося сытостью и вечно пребывающего в состоянии лёгкой дрёмы.
— Чего ты на них с эдакой любовью глядишь? — спросил кузнец, заметив, как Макс неотрывно пялится на клюющих невидимые зёрнышки пеструшек возле порога.
— Давно не видел живых куриц в их естественной среде обитания, — ответил парень задумчиво.
— А что, в вашем мире птицу не держат?
— Держат, конечно, но только в совсем глухих деревнях. Там, где легче вырастить самому, чем добраться до районного магазина. А так — к прилавку их доставляют уже ощипанными и без головы, в городе никто живности не держит… Ну, кроме котов каких-нибудь, собак там, попугайчиков…
На мгновение ему почудилось, словно одна из куриц поняла смысл его рассказа и покосилась на Путника крайне недоверчиво своим чёрным навыкате глазком. Но Максим зарёкся удивляться чему бы то ни было в этом новом и странном мире — сомневается и сомневается квочка в правдивости услышанной истории, ему-то до этого какое дело. Впрочем, в следующую же секунду она вернулась к своему увлекательному занятию и больше на разговаривавших двуногих внимания не обращала.
— Попугайчиков? — переспросил Каглспар, хлебнув из крынки. — Это что ещё за звери?
— Птички такие, — парень как мог изобразил пальцами размеры волнистых попугаев. — Обычно маленькие, но некоторые наши смельчаки умудряются и большие породы заводить. Они, если считать с хвостом, во-от такие вырастают, — и он отмерил длину попугая ара.
По блеску в карих глазах Макс определил, что гигантские домашние птицы сильно его собеседника заинтересовали.
— А чем эдакая животина кормится?
— Кормом, — пожал плечами Путник и, увидев выражение лица напротив, воскликнул: — Да серьёзно! У нас есть зоомагазины, туда корм для птиц уже в упаковках привозят, а из чего его делают на заводе — понятия не имею.
— На… заводе?
— Это большая такая производственная территория, — пояснил как мог Макс. — Там много чего делают, в зависимости от того, какой завод чем занимается. У нас в мире практически всё на заводах производят — еду, мебель, машины…
— Как та, что тебя сюда отослала?
— Ну… Такие, как та, что меня сюда «отослала», как ты выразился, на заводах только собираются. А
Жалко, что некому было оценить его шутку. Она показалась парню достаточно смешной, чтобы озвучить в присутствии какого-нибудь другого Путника, но кузнец из другого мира, что называется, «не выкупил».
— И чегой там с этими к
— Корм
— Вита… ась?